Я прижалась лбом к его жесткой куртке, слушая, как выравнивается его дыхание. Наша шахматная партия с администрацией кампуса перешла в стадию эндшпиля. Райан сделал свой самый сильный ход, и теперь нам оставалось только ждать, как отреагирует его собственная армия — хоккейная сборная «Сент-Джуда».
46
Райан
В раздевалке пахло застарелым потом, дорогим парфюмом, коньковой смазкой и шампанским, которое парни разливали здесь еще вчера. Золотой кубок финала четырех гордо красовался на центральном столе, отражая блеклый свет люминесцентных ламп. Парни сидели на лавках — кто-то в тренировочных джерси, кто-то в обычных толстовках. Настроение у всех было кайфовое, расслабленное. Они шутили, перекидывались шутками и ждали традиционной послематчевой речи капитана.
Я вошел молча, швырнул свою спортивную сумку на пол и прошел к центру помещения. Стоило мне остановиться у стола с кубком, как гул в раздевалке мгновенно стих. Парни отлично знали мое выражение лица. Марк, собиравшийся что-то прокричать, осекся на полуслове и внимательно насупился.
— Так, банда, слушаем сюда, — начал я, обводя взглядом всю команду. Двадцать парней, с которыми мы вчера зубами вырвали эту победу, смотрели на меня в упор. — Вчера мы доказали, что мы лучшие в этом штате. Но сегодня утром у нас с Евой состоялся очень интересный разговор в кабинете декана Харрис.
Парни переглянулись. Нейт, сидевший на лавке и наматывавший ленту на клюшку, замер.
— Наша дорогая миссис Харрис считает, что наш поцелуй на льду и наши отношения с Новак — это «конфликт интересов», который «порочит репутацию» академии, — я выделил эти слова издевательской интонацией. — Короче, администрация ставит вопрос ребром: либо Ева уходит и её контракт аннулируют, либо у нас будут проблемы с дисциплинарным комитетом.
В раздевалке повисла гробовая, тяжелая тишина. Было слышно только, как за окном гудит зимний ветер, швыряя хлопья снега в стекло. Лица парней мгновенно изменились — расслабленность испарилась, уступая место глухой, нарастающей злости.
— Чего? — Марк первым нарушил молчание, резко поднимаясь со своей лавки. Его огромные кулаки сжались. — Они там в край зажрались в своих кабинетах? Мы вчера задницы на льду оставили, Ева вытащила это чертово шоу, девчонки выдали сумасшедший перерыв! Какая нахрен репутация?
— Спокойно, Марк, — я поднял руку, осаживая защитника. — Я не договорил. Я сказал Харрис, что если они тронут Еву или её контракт, я сдаю капитанскую повязку и ухожу из команды. Прямо сегодня. И финансирование моего отца они увидят только в своих кошмарах.