Он резко развернулся, перехватил мою руку, заставляя подняться, и уверенно потянул за собой к выходу. Дверь кабинета захлопнулась за нами с оглушительным грохотом, оставив онемевшего от такой наглости декана в абсолютном одиночестве.
Мы вылетели из административного корпуса на морозный воздух, и я только тогда смогла сделать нормальный вдох. Зимний ветер мгновенно обжег лицо, но внутри меня всё еще полыхал пожар. Райан шел размашистым шагом, увлекая меня за собой по заснеженной дорожке, его челюсти были сжаты, а пальцы мертвой хваткой сжимали мою ладонь.
— Гринвуд, стой! Да остановись ты, ради бога! — я дернула его за руку, заставляя замерить прямо посреди аллеи.
Он обернулся. В его глазах все еще плясали опасные грозовые искры.
— Ты с ума сошел? — выдохнула я, чувствуя, как отчаянно колотится сердце. — Что ты устроил в кабинете? Ты же буквально пошел войной на декана! Уйти из команды? Забрать финансирование отца? Райан, хоккей — это вся твоя жизнь, ты шел к этому кубку годами! Ты не можешь просто так швырнуть всё на стол из-за контракта хореографа!
Райан сделал шаг ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума, и перехватил мои плечи своими огромными ладонями. От его тела шёл осязаемый жар, который, казалось, плавил падающий вокруг нас снег.
— Посмотри на меня, Новак, — его голос звучал тихо, но в нем был такой удельный вес, что я мгновенно притихла. — Хоккей — это моя жизнь, да. Но ты теперь — это тоже моя жизнь. И я не позволю Харрис или кому-то еще в этом гребаном совете решать, с кем мне спать, кого любить и кто должен ставить шоу для моей команды. Я дал результат? Да. Всё остальное их не касается. Если они этого не понимают, значит, «Сент-Джуд» обойдется без меня. И это не обсуждается.
Я смотрела на него и понимала, что спорить с капитаном Гринвудом, когда он принял решение, абсолютно бесполезно. В его словах было столько первобытной, сокрушительной уверенности, что внутри меня испарились последние остатки паники, оставив только щемящее чувство благодарности. Этот парень только что поставил на карту свое спортивное будущее ради меня.
— И что теперь? — тихо спросила я, кутаясь в воротник его куртки. — Ты же понимаешь, что Харрис не оставит это просто так. Она созовет попечительский совет.
— Пусть созывает хоть заседание ООН, — угрюмо усмехнулся Райан, наконец расслабляя плечи и притягивая меня к себе за талию. — Парни должны узнать обо всем от меня, а не из слухов в студенческом блоге. Сегодня после обеда у нас сбор в раздевалке. Официальный разбор полетов после финала. Там я всё и объявлю.