— Я пришел сказать, — Райан перевел дыхание, глядя прямо на меня. — Я поговорил с руководством фан-клуба. И я сказал им, что если они тронут тебя, хоккейная команда объявит бойкот всем медиа-мероприятиям.
В зале воцарилась гробовая тишина. Виктория выронила лист бумаги. Я смотрела на Райана, разрываясь между благодарностью за защиту и яростью от того, что он снова всё решил за моей спиной.
Музыка продолжала пульсировать в стенах зала. Я подошла к пульту и немного убавила громкость, но не выключила её совсем. Этот мягкий джаз-фанк был моим единственным союзником в этот момент.
— Бойкот? — я скрестила руки на груди. — Ты решил, что мне нужен опекун, Райан?
— Тебе нужен союзник, Ева. А команде нужно понимание, что правила здесь диктую я, а не комментаторы в соцсетях, — он сделал шаг в центр зала, игнорируя ошарашенные взгляды девочек.
Я промолчала. Вместо споров я просто начала двигаться под музыку. Это был джаз-фанк, лишенный агрессии — текучий, уверенный, почти гипнотический. Я показывала им, что можно быть сильной, не нападая.
— Посмотрите на меня, — я обернулась к команде, продолжая танцевать. —Майя на больничном, и нам сейчас не нужны опасные трюки. Нам нужен стиль. Мы заставим их замолчать не криком, а тем, как вы будете владеть своим телом.
Я видела в зеркале, как взгляд Райана изменился. Он больше не пытался «решать проблемы», он просто смотрел, не в силах отвести глаз. В этом танце было всё: моя гордость, мой страх и та самая связь, которую мы оба так старательно отрицали.
Виктория медленно подошла к линии разметки. За ней потянулись остальные. Лист с петицией остался лежать на полу, всеми забытый.
— Хорошо, — тихо сказала Виктория, вставая в позицию. — Показывай дальше.
Я прибавила громкость. В этот момент я знала — мы не просто учим связку. Мы выигрываем войну за право быть собой.
19
Ева
Я заняла самый дальний стол в углу, обложившись книгами по истории театра и альбомами с репродукциями. Профессор был прав — до черновика осталась неделя, а у нас с Райаном не было даже утвержденного плана. Пока он спасал мою репутацию перед фан-клубом, наш проект посовременным визуальным искусствам медленно шел ко дну.
Тихие шаги заставили меня поднять голову. Райан выглядел непривычно без своей спортивной куртки, в простом худи, с растрепанными после душа волосами. Он бросил рюкзак на стул и сел напротив, скептически разглядывая огромный том по сценографии.
— Ты решила переписать всю историю перформанса за один вечер? — прошептал он, едва заметно улыбаясь.
— Я планирую сдать этот проект блестяще, Райан. Игры закончились, теперь твой главный соперник —анализ влияния кинематографа на современную хореографию .