Парни вокруг всё еще шумно обсуждали перспективу сбросить хоккейные краги ради танцевальных па, но стоило мне бросить на них один короткий взгляд, как гул начал стихать.
— Так, хорош ржать, — громко скомандовал я, закидывая полотенце на шею. — Марк, ты первый в списке добровольцев. Твои габариты как раз подойдут, чтобы крутить девчонок в поддержках. Дэн, Смит — завтра после утреннего раската жду вас у Новак в зале. Кто опоздает или пропустит хоть одно замечание тренера — лично устрою внеочередную челночную беготню на льду до потери пульса.
Парни уныло закивали, но в их глазах уже читался интерес. Никто не хотел ударить в грязь лицом перед девчонками из группы поддержки, особенно теперь, когда Майя сидела на трибуне, внимательно отслеживая каждый наш шаг.
Я снова повернулся к Еве. Она стояла, скрестив руки на груди, и в её глазах прыгали крошечные, торжествующие искорки. Она знала, что я поддержу любую её безумную авантюру.
— Спасибо за содействие, капитан Гринвуд, — официально произнесла Ева, но уголки её губ предательски дрогнули в едва заметной улыбке. — Завтра в одиннадцать жду вашу «танцевальную группу» в зале. Без опозданий.
Она развернулась и уверенной, легкой походкой балерины направилась к выходу с ледовой арены. Я проводил её взглядом до самых дверей, чувствуя, как внутри натягивается невидимая струна. Ева Новак постепенно забирала себе всю эту академию, шаг за шагом, и мне это чертовски нравилось.
— Ну что, Гринвуд, пропал наш капитан? — Марк с ухмылкой толкнул меня локтем в бок, когда мы пошли в сторону раздевалки. — «Индивидуальная программа», говоришь? Смотри, как бы тренер Новак не устроила тебе персональный допрос с пристрастием прямо на льду.
— Завидуй молча, Марк, — лениво отозвался я, стягивая джерси. — Лучше подумай, как ты со своими медвежьими повадками будешь синхронно двигаться под джаз-фанк. Если ты наступишь Крис на ногу — она тебя своими помпонами задушит, и я ей мешать не стану.
Парни в раздевалке дружно загоготали, атмосфера окончательно очистилась от того липкого напряжения, что преследовало нас из-за блогов Бритни. Мы возвращались к привычной жизни, где были только хоккей, подготовка к финалу и… Ева.
Вечером того же дня я сидел в своей комнате в общежитии, лениво крутя в руках хоккейную шайбу. Мысли упорно возвращались к завтрашней репетиции. Я обещал Еве, что мы не будем прятаться по углам, и сегодня утром сдержал слово, показав всему кампусу, кто она для меня. Но её вчерашние страхи всё еще сидели у меня в голове колючей занозой.