— Куда-то собралась, Новак? — не открывая глаз, хриплым со сна голосом пробормотал он.
Райан
Я проснулся еще до того, как Ева шевельнулась, но мне чертовски нравилось притворяться спящим, чувствуя её взгляд на себе. Наблюдать за тем, как она робко осматривает комнату, как краснеет от воспоминаний о прошедшей ночи — это было особым видом удовольствия.
За стеклом выл холодный ветер, подгоняя хлопья свежего снега, а у меня под боком было мое собственное, персональное солнце. Когда она попыталась ускользнуть, я просто сгреб её в охапку, вдыхая родной цитрусовый запах её волос. Теперь, когда она была полностью моей, отпускать её не хотелось вообще. Никуда и никогда.
— Я думала, ты спишь, капитан, — тихо рассмеялась Ева, безуспешно пытаясь высвободиться из моих рук. — Нам вообще-то пора. Наверняка вся команда уже на ушах в поисках своего лидера, да и Майя мне уже сто сообщений написала.
— Пусть пишут, — я наконец открыл глаза и посмотрел на нее сверху вниз. В бледном утреннем свете, который отражался от заснеженных крыш за окном, она выглядела невероятно. Растрепанная, сонная, моя. — У команды есть кубок. Им есть чем заняться. А у меня есть дела поважнее.
Я перехватил её подбородок пальцами, заставляя посмотреть мне прямо в глаза, и медленно, со вкусом поцеловал. Без вчерашней ярости, но с той же непреклонной властью. Ева ответила на поцелуй, её ладони легли мне на грудь, и я почувствовал, как её сердце снова начинает ускорять свой бег.
— Райан, серьезно, — выдохнула она, когда я переключился на её шею, оставляя легкие укусы на чувствительной коже. — Миссис Харрис вчера сказала… она продлила мой контракт на следующий год. С полным финансированием.
Я замер, приподнимая голову.
— Я же говорил тебе, что ты никуда отсюда не уедешь, Новак. Администрация просто зафиксировала очевидное.
Мы провели в кровати еще добрых два часа, полностью наплевав на весь внешний мир и на морозный зимний день за пределами этих стен. Только когда голод начал заявлять о себе слишком настойчиво, пришлось признать, что цивилизация все-таки существует за пределами этой щеколды.
Я накинул серые спортивные штаны, а Еве всучил свою огромную черную толстовку, в которой она буквально утонула — рукава пришлось подворачивать в три раза, а подол доставал ей почти до колен. Смотрелось это чертовски сексуально.
Когда я включил телефон, экран едва не треснул от уведомлений. Больше пятидесяти пропущенных от Марка, Нейта и парней из сборной, куча сообщений в общем чате академии «Сент-Джуд». Но самое главное — все студенческие паблики были забиты нашими фотографиями. Наш поцелуй на медиакубе взорвал сеть. Под снимками стояли тысячи лайков, и, вопреки моим ожиданиям, кампус не исходил желчью. Победа со счетом 5:1 списала все вопросы. Нас называли главной парой этого сезона.