Рен забирается на кровать. Медленно сокращает расстояние между нами. Опускается передо мной на колени.
— Ты уверена? — спрашивает он так, будто требует ответа.
— Это всегда должен был быть ты.
Я вижу, как он замирает.
— Какая-то часть меня поняла это ещё в тот миг, когда ты растянулся на полу в тронном зале и заставил меня рассмеяться. С тех пор я хотела только одного… чтобы это был именно ты.
Он судорожно выдыхает.
Его ладони ложатся мне на талию.
— Скажи ещё раз, — почти умоляет он. — Скажи, что ты моя.
— Я твоя, Реник Эшборн.
И вся борьба исчезает с его лица. Её сменяет нечто куда более сокрушительное. Такая сильная, похожая на скорбь, нежность. Взгляд человека, которому наконец подарили единственное, о чём он никогда не смел даже молиться.
Его пальцы крепче сжимают мою талию. Он находит мои губы. И целует меня так… Будто наступает конец света. Потому что так оно и есть. По крайней мере, конец одного мира. Мира, в котором я принадлежала только Алдрику.
Он заканчивается здесь. В этой спальне, освещённой свечами. Рядом с поверженным королём. Под оглушительный стук наших сердец.
Рен осторожно укладывает меня на кровать. Он бережен так, как Алдрик никогда не смог бы.
Почти благоговеен. Медленный. Его окровавленные руки ласково изучают моё тело. За ними следуют губы, поклоняясь каждому обнажённому участку кожи.
Он шепчет мне слова любви. Надломленные. Полные боли. Обещает быть осторожным. Обещает, что мне будет хорошо.
И когда наконец устраивается между моих бёдер…
Когда смотрит на меня своими невероятными глазами — светлыми и тёмными одновременно, влажными, полными только мной…
Я напрягаюсь. Закрываю глаза.
Рен вдруг замирает.
Я резко распахиваю глаза.
Дыхание обрывается. Над Реном нависает ржавый клинок, прижатый к его горлу.
Алдрик.
Его рука крепко сжимает рукоять кинжала. Ледяные голубые глаза встречаются с моими. Дикие. Полные смертельной угрозы.
— Здравствуй, любовь моя.
Глава 18
Реник
На одно мучительно долгое мгновение наши взгляды с Серой встречаются. Я вижу, как её тёмные глаза сначала наполняются любовью… а затем широко распахиваются от ужаса.
Я замираю, почувствовав холодную сталь у своего горла.
Воздух застревает в лёгких.
— Алдрик… — сдавленный вздох Серы едва пробивается сквозь шум крови в ушах. — Пожалуйста…
Лезвие сильнее впивается в кожу.
Я осторожно сглатываю.
— Позволь ей уйти отсюда, — с трудом произношу я, голос предательски дрожит. — Отпусти её… и можешь забрать меня.
У моего затылка раздаётся тихий, насмешливый звук.
— Зачем, если сегодня ночью я намерен получить вас обоих? Не вижу смысла так бездарно растрачивать свадебную ночь.