— Очень щедро с твоей стороны, — Айман фыркнул, резко, с нажимом. — Учитывая, что я хотел всё.
— Ну, извините, дядя. Мне тоже надо на что-то жить, — Айрис отвернулась к окну, будто там мог обнаружиться выход из комнаты, сделки и собственной жизни, но на лице осталась узкая, горькая ухмылка.
Айман не пошевелился. Давление от него шло без явного движения, тяжёлое и ровное, будто от перегретого металла. Он не нуждался в позе, чтобы задавать темп: хватало взгляда, молчания, сухого слова, впечатывающегося в воздух. Айрис это чувствовала. Напряжённая спина, побелевшие пальцы на спинке стула, сдержанное дыхание выдавали цену её бравады. Она не дрогнула, но оставаться прямой ей было трудно, и именно это делало её стойкость почти прекрасной. Восхитительной в своём упрямстве. Она стояла равной, пусть паритетность приходилось удерживать ногтями.
— Ты решила без меня.
— Я пробовала делать по-разному, — ответила Айрис, поворачиваясь к нему. — Вы всё равно недовольны. Но я точно знаю, что вы уже сторговались. Калдорон заглядывал ко мне после вашего разговора с его матушкой. Был до жути счастлив. Подарил брошку в знак соглашения. Всё, как положено при помолвке, пусть и неофициальной: красиво, дорого, но на качестве гранатов сэкономили. Я тронута.
— Я провёл сделку, раз уж ты решила считать себя товаром. Со всем соответствующим омерзением, — Айман зло усмехнулся.
— Но ведь провели же, — парировала она. — А омерзение, знаете ли, отлично перекроет союз с домом Харилен. Особенно если правильно рассчитать процентную ставку.
Айман начинал злиться по-настоящему. Айрис не просто согласилась. Она приняла решение вне его власти и теперь стояла напротив, не скрывая этого. В её взгляде было тихое торжество автономии. Куда более опасное чувство, потому что победителя можно переиграть, а человека, почувствовавшего собственную волю, приходится ломать или признавать. Оба варианта были неприятны.
— Я всё ещё могу затянуть этот спектакль, — сказал он тихо. — Настолько, что в нужный момент случится несчастье. Власть в этой стране качнётся туда, куда я задам направление, и тогда Харилены будут искать союза со мной без твоего участия.
— Хотите поменять короля, дядя? — Айрис вскинула брови с ледяной насмешкой.
— Да, — ответил Айман. Просто. Без тени иронии.
Её дыхание сбилось, и на этот раз она не успела спрятать удивление. Оно ударило в лицо, в глаза, в лёгкое движение плеча. Айман не дал ей времени закрыться:
— В любом случае Харилены уже сообщили тебе, что кресло под канцлером качается. И качается туда, куда я захочу. Они делают ставку и не ошибаются.