Я ждала этого так невыносимо долго. Сходила с ума, задыхалась в пустоте, мучилась так страшно, что порой казалось — рассудок не выдержит. Дождалась. Нет никакого торжествующего чувства победы. Это не было игрой, в которой нужно было выиграть. Это была отчаянная битва за право дышать. Жить. И всё, чего я сейчас хочу — это бесконечно, жадно наслаждаться тем, что я наконец-то живу.

Лес расступается. Выезжаем на открытую площадку перед главными корпусами базы. Впереди — белые скатерти столиков, массивная арка и люди. Много людей. Бегло скольжу по ним взглядом и понимаю, что знаю здесь почти каждого.

Фарид склоняется, и его губы обжигают мне ухо.

— Знаешь… — его голос звучит низко. — Говорят, этот день должен заставлять нервничать. А для меня это вообще ни хера не значит, Алиса. Значишь только ты. Я и так твой.

«А я — твоя. Вся. До последней капли крови».

Он плавно соскальзывает с седла. Протягивает руки. Чувствую под ногами твердую землю, а на своих плечах — его горячие ладони. Вокруг нас расступается толпа. Люди выстраиваются живым коридором по бокам, хлопают, улыбаются. Он уверенно перехватывает мою руку, переплетая наши пальцы. Вжимаюсь в его ладонь так отчаянно, словно это мой единственный якорь.

Проходим под арку. Регистраторша с идеальной улыбкой начинает свою правильную речь.

Слова пролетают мимо. Важно только одно — что он стоит сейчас здесь, со мной.

Когда звучит вопрос, адресованный ему, Фарид поворачивает ко мне голову, на его губах вспыхивает скупая, но сносящая крышу усмешка:

— Да.

«Обожаю… Как же я обожаю эти губы».

Сквозь транс слышу, как вопрос задают мне. Улыбка сама разрывает лицо.

— Да! Давно уже да!!! — звонко выкрикиваю я.

Со стороны гостей взрывается громкий, искренний хохот и свист. Фарид резко оборачивается ко мне. И его глубокие глаза становятся какими-то мистическими, затапливающими меня целиком — кажется, они становятся еще темнее, еще бездоннее.

Улыбка скользит по его лицу — теплая, непривычно открытая — и тут же стирается. Черты снова твердеют, становятся жесткими и сосредоточенными.

Он смотрит на меня в упор. Сжимает мои пальцы в своих огромных горячих ладонях и произносит ровным голосом:

— Алиса… Так не принято. Но я постараюсь...

Фарид делает короткий, тяжелый вдох. Его кадык дергается.

— Я хочу сказать тебе… спасибо. За всё. За тебя. За то, кем я стал рядом с тобой. За нас. Спасибо за то, что ты, такая обманчиво хрупкая, оказалась такой сильной, бесстрашной и уверенной. Спасибо, что доверила мне свою жизнь и подарила мне счастье — стать твоим мужем.