— Дают разрешение. Работаем по боковым трактам, избегая прямых столкновений с колоннами. Дибич требует маршруты курьеров и позиции постов. Отряд получил официальный статус летучей команды.

— Выходит, теперь мы законная заноза в заднице Бонапарта.

— Зато и шкуру с нас спустят по всей форме, в случае провала.

— Справедливо.

Дышать стало легче, наша возня с пневматикой встроилась в общую шестеренку корпусного механизма. Теперь задача стояла четко: рвать французскую связь, тормозить авангард, собирать разведданные и возвращаться на базу.

Ждать — самое паскудное занятие. Сидишь на ящике, перебираешь в пальцах ремни от баллонов и гипнотизируешь взглядом замаскированную «Аврору».

Мастеровые подогнали самоходку задним ходом к воротам. Сверху набросили рваные мешки и связку дров. Под этим мусором прятались ниши для документов и резервные емкости с воздухом.

Перед самым рассветом на хутор втянулись стрелки во главе с Пахомовым. Мужики еле волочили ноги. Винтовки при них, чехлы сухие, тара на месте. Обошлось без потерь судя по всему.

Сдернув шапку, Пахомов бросил на стол замусоленный клочок бумаги со схемой.

— Сработали как следует.

— Выкладывай.

Унтер ткнул пальцем в каракули:

— Первый франк торчал у дороги, возле деревца. Легли наискось. После выстрела он кубарем ушел в канаву. Его товарищ дернулся на звук, замахал руками патрулю. Вторая тройка сняла его во фланг. Подмога прискакала минут через пять, принялись искать. А мы уже по канаве уходили.

— Позицию срисовали?

— Никак нет. Один сунулся в кусты, да промахнулся направлением.

Молчаливый Михайла отдавал винтовку чуть дрожащими руками. Обычный адреналиновый отходняк после долгой лежки и первого выстрела по живому человеку.

Я придирчиво осмотрел оружие, давление упало строго по расчетам, уплотнители держали штатно. Писарь, внося цифры в журнал, перестал коситься на меня как на умалишенного. До него дошло, что эти мужики вернулись живыми именно благодаря скрупулезным вычислениям.

К полудню на базу вползла «Аврора» с Фигнером. На задней площадке сидел связанный французский курьер с мешком на голове. Под тканью валялась его сумка.

В этот момент я был счастлив, будто мы казну Наполеона сташили под его носом.

Приказав напоить пленного, Фигнер вывалил на стол добычу: пакет, путевой дневник, график смены лошадей и диспозицию постов.

— Сбили на повороте. Конвой ушел вперед, второго отвлекли треском веток. Пленного спеленали до того, как эскорт очухался.

Заполучив дорожную книжку, я едва сдержал мстительную ухмылку. Радовал сам результат, ради которого затевалась вся эта авантюра. Названия станций, маршруты фуражиров. Дибич за такие данные расцелует в обе щеки от счастья.