У двери появились два охранника. Её тюремщик, Фредди, снова потянул дверь — на этот раз она поддалась с лёгким скрипом.

— Видишь, Фредди, она открывается, — второй охранник хлопнул его по плечу и направился к камере Эдит. — Ты, наверное, толкал, а не тянул.

Фредди вошёл внутрь, настороженно оглядываясь. Его взгляд упал на неподвижного Райна. Он приблизился, толкнул оборотня в бок. Тот не шевельнулся. Охранник наклонился ниже, пытаясь разглядеть лицо, и в этот момент Елена резко ткнула его электрошокером в шею.

Раздался короткий треск, тело Фредди обмякло и рухнуло лицом в простыню. Он отключился мгновенно.

— Теперь быстро, — скомандовала Елена, снимая с охранника форменный ремень.

Вспомнив армейские навыки, она связала охранника, затянув узлы крепко, но не до боли — им не нужна была его смерть, только временная недееспособность. Затем Елена осторожно выглянула в коридор.

Пусто. Только далёкий гул труб и эхо шагов где-то в глубине подземелья.

— Пора, — она кивнула Кингстону. — Держись рядом.

Из соседней камеры донеслось истошное **«Нет!»** — пронзительный крик разорвал гнетущую тишину подземелья, словно острый клинок вспарывает плотную ткань. Елена и Райн рванули к проёму, их тени метнулись по сырым стенам, будто два хищника, почуявших кровь.

В камере они увидели Эдит: девушка в рваном, испачканном кровью платье металась по узкому пространству, пытаясь увернуться от Грэма. Охранник загнал её в угол у кровати, его лицо исказила хищная ухмылка — он наслаждался страхом жертвы, словно кот, играющий с полузадушенной мышью.

— **Назад!** — рявкнул Райн, и его голос прозвучал как раскат грома. В два прыжка он преодолел расстояние между камерами, движения были стремительными, почти нечеловеческими.

Он схватил охранника за плечо, резко развернул и впечатал кулак в челюсть. Удар прозвучал глухо, но сокрушительно — Грэм рухнул на пол, будто подкошенный. Кости хрустнули, голова безвольно откинулась. Пока оборотень деловито связывал его ремнём, проверяя узлы с холодной расчётливостью, Елена бросилась к Эдит.

— Эдит, это Онса. Как ты себя чувствуешь? — она обхватила девушку за плечи, ощущая, как та дрожит всем телом — мелкая дрожь пробегала по коже, словно волны по поверхности озера в ветреный день.

Эдит подняла лицо. В её глазах стояли слёзы, отражавшие тусклый свет лампы, на скуле алел свежий синяк, губы распухли от ударов, а на шее виднелись багровые следы пальцев. Она всхлипнула, рванулась вперёд и уткнулась Еленой в плечо, зарыдав в голос — рыдания были глухими, сдавленными, будто она боялась даже плакать слишком громко.