— Онса, — тон Рекса стал удивлённым, столкнулся с противоречием, ломающим привычные представления о мире оборотней. В нём зазвучали отголоски недоверия и осторожного восхищения, — ты — миссис Куинн, адвокат «пушистых», Фирес леопардов и волков? Я о тебе слышал. Но как ты можешь быть Ильвой?

Елена чуть приподняла подбородок, её глаза сверкнули холодным, нечеловеческим светом — словно в глубине зрачков тлел огонь древней силы.

— Стая избрала меня Ильвой в прошлую пятницу, — произнесла она ровным, бесстрастным голосом, но в каждом слоге чувствовалась незыблемая уверенность.

— Очень интересно. Ты завалила льва, теперь ты его Фирес, — в голосе Рекса проскользнула нотка уважения, смешанного с настороженностью.

— Скажи ему сам, — Елена чуть наклонила голову, её пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Мальчик, похоже, не знаком с этикетом оборотней. Он оскорбил меня и не признаёт меня Фиресом. Кроме того, я заявляю, что львица Долорес Мартинес, работающая у меня секретарём, под моей защитой. Любого, кто попытается принудить её к чему бы то ни было или вернуть в прайд против её воли, я порву на сотню маленьких львят. И не только фигурально.

На этих словах охранники в комнате невольно напряглись, их взгляды метнулись к лежащему на диване льву,

В трубке повисла тяжёлая пауза. Елена почти физически ощущала, как Рекс взвешивает варианты, как в его сознании сталкиваются традиции и реальность.

— Если ты как Фирес львов берёшь Долорес под свою защиту, то я прикажу львам оставить её в покое. Нам не нужна война с волками, — наконец произнёс он, и в его голосе прозвучала нотка облегчения — словно он нашёл выход из ловушки, в которую сам себя загнал.

— Чуть не забыла, — в голосе Елены зазвучала ледяная сталь. — Твой лев испортил когтями стойку администратора и швырнул моего сотрудника в стену, чем нанёс ему телесные повреждения. Я требую замену или ремонт стойки за счёт прайда и денежную компенсацию на лечение сотрудника.

Рекс на мгновение замолчал, затем коротко бросил:

— Согласен.

Трубка перекочевала к Барноби. Тот, бледный и взъерошенный, несколько раз пробормотал в телефон: «Да, сэр. Конечно, сэр», — его голос звучал подавленно, словно он пытался проглотить собственную гордость. Затем он вернул телефон с повешенной трубкой, его взгляд метался между Еленой и полом, будто он искал путь к отступлению.

— Рекс сказал, что ты победила меня в честном бою, поэтому теперь мой Фирес. Но бой был нечестный! — обиженно бросил он, его губы дрогнули, обнажая клыки в бессильной ярости.

Елена медленно подошла к нему, её шаги эхом отдавались в тишине кабинета. Она остановилась в шаге от дивана, её тень накрыла льва, словно тёмное облако.