Арес подозвал одного из охранников и что-то шепнул ему. Охранник окинул Елену оценивающим взглядом — не наглым, а профессиональным, будто оценивал товар, — кивнул и исчез за дверью. Елена взяла протянутую гиенолаком руку, и они поднялись по лестнице. Ступени под ногами казались мягкими, поглощая звуки, а воздух был напоён тонким ароматом сандала и кожи.

Арес отпер дверь и ввёл её в комнату № 12. Помещение напоминало святилище порока: приглушённый красный свет, мерцающие блики золота на стенах, тяжёлые бархатные занавеси, поглощающие любые звуки. Здесь время словно останавливалось, оставляя за порогом мир с его проблемами и тревогами.

На столике уже был разложен инвентарь: плети с кожаными хвостами, флоггеры с мягкими кончиками, наручники с бархатной подкладкой — всё выглядело одновременно устрашающе и соблазнительно. В кресле лежали: красное атласное плна молнии, стринги её размера, открытые туфли на каблуках и красная полумаска, словно маска для карнавала, скрывающая истинную сущность.

— Оперативно, — с восхищением произнесла Елена, глядя на своего провожатого. Её голос прозвучал тише обычного, будто она боялась нарушить хрупкую магию момента.

— Всё для удовольствия Ферис, — грациозно поклонился Арес. Его движения были плавными, почти танцевальными, а в улыбке читалась искренняя радость.

— А в качестве нижнего ты предлагаешь себя? — уточнила она, приподняв бровь.

— Если Ферис окажет мне такую честь, — Арес посмотрел на неё с мольбой в глазах, его зрачки расширились, а дыхание участилось.

— Ладно, уговорил, — согласилась Елена. Она взяла одежду и обувь и удалилась в ванную комнату.

Вскоре Арес вошёл в помещение совершенно голый, застав Елену за попыткой расстегнуть застёжки на туфлях. Его тело было воплощением силы и красоты: рельефные мышцы, шрамы, свидетельствующие о пережитых схватках, и взгляд, полный обожания. Она дала ему пощёчину за то, что он вломился, не постучав. Звук удара эхом разнёсся по комнате, но Арес даже не вздрогнул. Вместо этого он опустился на колени, забрал у неё туфли, поцеловал каждую ступню и сам аккуратно застегнул застёжки. Его движения были полны почтительного трепета, а в глазах читалась безмолвная благодарность. После этого он молча вышел, оставив после себя лишь лёгкий аромат мужского пота и возбуждения.

Надев полумаску, Елена вернулась в комнату для игр. Арес уже ждал её на коленях. При её появлении он ткнулся лицом в её туфли и поцеловал пальцы ног. Его губы были тёплыми, а прикосновения — трепетными, будто он целовал святыню.

— Госпожа, прости мне мою наглость, — прошептал он, его голос дрожал от смеси страха и восторга.