Ульяну она проигнорировала, будто бы наемницы не было со мной рядом.

— Как ты нашла нас?

Ничего не отвечая, ангел лишь подняла указательный палец — Нэя опустилась на него послушной пташкой. Нет, ну, если так рассматривать дело, то становится все понятно.

Я же по-прежнему бурлил недовольством и невысказанными вопросами. С чего вдруг в ней проснулось такое желание помочь ближнему? В туннели-под-мостом ее никаким калачом было не заманить, а тут — пожалуйста! Явилась не запылилась…

— Это загробный мир, — как будто невзначай ответила она и зло сверкнула глазами. — Что ты здесь делаешь?

Ей не нравилось, что я посмел ступить едва ли не на ее личную территорию.

— Псина… — брякнул я и почуял, как страшно сдавило горло спазмом. Славя озадаченно осмотрела меня с ног до головы. На ее памяти слишком мало кто самовольно решал нырнуть в мир давно ушедших надежд какой-то собаки ради.

Сама бы она никогда точно не пошла.

— Маг, — откашлявшись добавил я. Ангел прищурилась, будто вопрошая — а не смею ли я самым наглейшим образом играть с ней в паскудные игры?

У меня и в мыслях не было. Она не двигалась, словно робот, после же кивнула, повернулась ко мне спиной. Еще мгновение, казалось мне, — и она вспорхнет, растворится во мгле и сгинет прочь. Кто ж знает, какие черти и за коим лядом вообще занесли ее в загробный мир?

— Ты идешь? — сделав несколько шагов и, заметив, что я так и не тронулся с места, спросила она. Ульяну она по-прежнему принимала за пустое место. — Крестьяне несколько раз посылали к инквизаториям посланца с просьбой избавить их от того, кого они кличут ночным кошмаром. Размытое описание. Их не принимали всерьез. Неделю назад один из них заглянул на мою службу и рассказал, в чем дело.

— Ты по этой причине отказывалась мне помогать?

Славя сочла, что имеет право не отвечать на этот вопрос. Что и говорить, наш ледяной ангел всегда была себе на уме и преследовала лишь личную выгоду.

— Чем ты занимался последние дни, Федя? — Она спросила как будто бы невзначай и любопытства ради.

Я даже не знал, с чего начать свой рассказ. Событий было на целый трехтомник, а она как будто жаждала, чтобы я уместил все это в одно предложение.

Одно можно было сказать точно — Славю породили без ангельского терпения. Не дождавшись моего ответа, она продолжила:

— Улицы заполняют письмена из ненастоящих святых чернил. Заложенные внутри их послания секрет даже для меня. Для остальных ангелов тоже. Убив того, кто сумел копировать наши технологии, мы ничего не добились — видимо, у него были ученики и последователи.