— Вот видишь, — кивнул кот, — Лера здесь не просто так. Значит, я расскажу ей про тебя, хорошо?
Кактус помолчал. Подумал и кивнул:
— Ладно.
Колючка был фамильяром ведьмы, что жила здесь до Леры. Рыжий тогда приходил вместе с дедом и так познакомился с Колючкой.
— Ведьма называла кактус «Зеленкой», — добавил кот.
Лера заметила, как потемнел и сморщился Колючка от упоминания этого имени.
Ведьма была вреднее кактуса. Они постоянно спорили и ссорились, и кактус неоднократно вылетал с крыльца куда-нибудь в сорняки. Рыжий не знал причину споров, потому что по большей части они с дедом работали на улице или в сараях, но летающий кактус запомнил.
Колючка стоял, нахмурившись и насупившись, темнея боками.
— Почему ты не сказал мне про фамильяра ведьмы? — спросила Лера. — Мы нашли бы его раньше.
КотоФей удивленно посмотрел на нее:
— Я и не думал, что она может его оставить. Фамильяров не оставляют.
Они оба посмотрели на Колючку.
— Она разозлилась, что я не помог ей найти одну вещь. А я и не мог, потому что не знал.
Ведьма бросила кактус погибать в своем сарае-мастерской, вместе с другими магическими растениями. Но если остальные были просто дикими сорняками, то Колючка был живым и едва не засох. Спасло его только то, что он был привычным к долгим засухам — ведьма не особенно-то баловала его. И еще магия.
Кот вдруг посмотрел на кактус и спросил:
— Что задумала ведьма?
Колючка тоже посмотрел на него, они смотрели долго и упорно, и никто не отвел взгляда.
— Откуда мне знать, — буркнул кактус.
Рыжий невесело усмехнулся:
— Надеешься, что она вернется за тобой?
Больше они об этом не говорили. Лера поняла только то, что ведьма делала что-то, что могло повредить СНТ «Урожай». Но что это, было неясно. Да и что она понимала в магических делах? Ей бы домой.
Возможно, кактус и правда не знал. Самым главным было то, что он выжил, впервые из всех кактусов и вообще комнатных растений Леры. Она отыскала новый глиняный горшок и подготовила его. Несколько черепков от разбитых горшков Лера разбила и сложила на дно, в качестве дренажа. Потом накопала земли у сарая, где она казалась светлее, рыхлее и мягче.
— Только попробуй меня уронить, — буркнул кактус, когда она подхватила его вместе с горшком.
— Не уроню, — ответила она.
Лера осторожно достала его из старого, темного и треснувшего горшка. Удивительно, как его корни вообще здесь помещались. Кактус сопел и морщился, но молчал. Однако стоило ему скосить глаза в сторону нового горшка, как он заверещал и задергался в ее руках:
— Нет! Только не это! Не смей!
Иголки стали впиваться в ее пальцы, и она едва не выронила Колючку.