Даже в сумерках можно разглядеть бурые пятна на моей одежде. А если меня попытаются остановить полицейские, то засохшая кровь на моих руках и лице не оставит сомнений в том, что я причастен к расправе в подворотне. Если бы не это, придумал бы, где укрыться, но шататься в таком виде по улицам опасно, поэтому я решаю вернуться в дом Нади.
Один шанс из тысячи, что девчонка не подняла шум и не указала на меня.
Но сегодня мне везет.
Кажется, она меня не узнала. А вот я ее – да. Осознание пришло уже на полпути к дому: она живет в доме напротив. Теперь я знаю, где ее искать. И тем хуже для нее.
Я вхожу в дом практически бесшумно, чтобы не попасться на глаза Наде. В ее комнате звучит музыка, и я, пользуясь шумом, быстро поднимаюсь наверх. Раздевшись в ванной, очень быстро понимаю, что одежда безнадежно испорчена – еще один урок на будущее. Эти пятна никогда не отстирать. Кровь въедается глубоко в волокна ткани и становится неопровержимой уликой. Лучше сжечь все и не рисковать. Завернув одежду в пакет, я прячу его под ванной. Теперь нужно отмыться от запаха.
Пока горячие струи хлещут по моей спине, я, словно хищник, прислушиваюсь к звукам в доме. Полицейские могут нагрянуть в любой момент. Я натираю кожу мылом, а в голове все крутятся слова этой девчонки. «Тебе нужен нож». Может, она и права. Если бы я планировал убийство, тщательно продумал бы детали.
Закрыв глаза, я вижу ее взгляд. Испуганные васильково-синие глаза. Сияющие, наполненные влагой, словно она вот-вот расплачется. Я вижу ее тонкие плечи и длинные светлые косы, которые мне хочется освободить от лент, чтобы они расправились и ожили. Чтобы вплести в них свои пальцы, грубо смять их, вдохнуть их запах. Наверное, они пахнут чистотой, ведь она похожа на ангела, спустившегося с небес.
Мне нужно добраться до нее.Покончить с этим .
Выйдя из душа, я продолжаю напряженно ловить каждый звук снизу. Но, кажется, все спокойно. Тихая возня говорит о том, что Надя притащила в дом еще одного клиента. Такое же отребье, что и тот урод, которого я убил. Другие сюда не ходят.
Я спускаюсь, чтобы перехватить пару бутербродов. Аппетит у меня разыгрался будь здоров. Если бы не тревога за то, что копы могут выйти на мой след, то я сейчас буквально порхал бы. Наливаю себе кофе, выкуриваю сигарету. Постепенно напряжение отпускает. Никто сюда не заявится. А проблему с девчонкой я решу.
Наполнив чашку еще раз, я поднимаюсь на чердак и встаю у окна. Очень трудно не думать о ней, когда она вот так близко. Войди в соседний дом и убей ее прямо там – на ее постели. И больше никаких забот. Но, черт его раздери, при мысли о ней я думаю не о том, как буду убивать ее, а о том, как буду исследовать ее тело – своими руками, губами и языком. Зубы тоже пущу в дело, и от этой мысли на мое лицо пробирается зловещая улыбка.