Она ничуть не изменилась за два года — высокая, статная, с сединой в тёмных волосах, которую тётушка даже не пыталась скрывать. Её глаза, такие же тёмные, как у отца, смотрели на мир с вызовом и лёгкой усмешкой. Она была одета в простое дорожное платье тёмно-синего цвета, и на её лице не было ни капли той фальши, которую я так привыкла видеть у столичных дам, разодетых в дорогие наряды.

— Ну и бардак, — произнесла тётя, окинув брезгливым взглядом фасад поместья и поросший травой двор. — Я, конечно, предполагала, что у вас всё плохо, но и представить не могла, что настолько. Корвин, ты что, совсем перестал за порядком следить?

Отец, стоявший рядом со мной, виновато опустил голову. Он выглядел ещё более измученным, чем обычно, его плечи поникли под строгим взглядом сестры.

— Элинор, я рад тебя видеть, — пробормотал отец, пытаясь улыбнуться. — Проходи, мы как раз к обеду…

— Обед подождёт, — отрезала тётя. — Сначала я хочу увидеть, что здесь творится, и поговорить с тобой. Наедине. А ты, Эва, — она обернулась ко мне, и её взгляд смягчился, — присмотри за детьми.

Из кареты выскочили двое ребятишек — девочка и мальчик семи лет, неотличимые друг от друга. Они были похожи на двух чертенят, с растрёпанными волосами и озорными улыбками.

— Тётя Эва! — закричала Аврора, бросаясь ко мне с распахнутыми руками. — Мы приехали! Мама сказала, что здесь можно играть до са-амой ночи. Ты же будешь с нами играть? Я соскучилась!

— Нет, это я соскучился! — ребячливо пихнул её в плечо Роберт.

— Я соскучилась по вам обоим, — я присела на корточки и обняла кузенов, потрепав их по светлым макушкам. — И буду играть с вами дни напролёт, только пообещайте не разносить весь дом.

— Обещаем! — хором ответили двойняшки, и на сердце у меня потеплело. С детьми мне удавалось найти общий язык лучше, чем со взрослыми.

— А теперь бегите на кухню, наш повар припрятал для вас персиковое печенье, — заговорщически шепнула я им. — Пока мама не увидела.

Они с охотой кивнули и побежали наперегонки к дому.

Я проводила их взглядом и почувствовала, как на душе стало чуть теплее. Дети всегда приносили с собой что-то светлое, что заставляло забыть о проблемах. Хотя бы на мгновение.

Тётя тем временем направлялась к саду, увлекая за собой отца. А я на цыпочках последовала за ними. Не могла устоять и не подслушать, раз кузены будут заняты какое-то время.

Я пристроилась за кедром и прижалась к нему спиной, едва дыша от волнения.

— Корвин, как ты мог опуститься до такого? — сурово выговаривала тётушка. — Ты позволяешь этой женщине вертеть тобой, как хочет! Я знаю, что ты печёшься о своём проекте, знаю, сколько ты вложил в него, но это не значит, что ты должен терять голову!