Сжимая мамин серебряный браслет на запястье, я сидела за щедро накрытым столом и боролась с волнением. Мне нужно действовать осторожно, чтобы отец ничего не заподозрил, а ещё разобраться до конца, в чём состоит «гениальный» план графини. Если буду действовать опрометчиво, рискую оплошать.

Отец сидел во главе стола, нервно перебирая край камзола. Он выглядел старше, чем обычно, и я впервые заметила седину у него на висках. Папа слишком много работал, его бесконечные труды уже начали оставлять следы на его внешности.

Нет, я не разрушу планы отца своей необдуманностью. Если нужно, я перетерплю, потому что иначе совесть не даст мне спокойной жизни до самой смерти.

Мне хотелось что-нибудь сказать отцу, разрушить давящую тишину между нами, но я была обижена на него за то, как быстро он согласился с предложением графини. Так быстро, будто все его слова о том, что кроме меня у него никого нет, были пустыми.

Я опустила взгляд и принялась разглядывать узоры на скатерти, пытаясь унять дрожь в пальцах. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Где-то в глубине дома хлопнула дверь, послышались голоса слуг, и моё сердце забилось быстрее.

Графиня грациозно подплыла к дверям и застыла на пороге, разглядывая наше хмурое семейство. Её прекрасное изумрудное платье струилось по полу, так удачно оттеняя её чёрные волосы, а пальцы поглаживали колье — привычный жест, который я научилась распознавать за месяцы знакомства с ней. Вельма готовилась к охоте.

— Эва, как чудесно ты выглядишь, нашему гостю ты точно придёшься по нраву, — слащаво пропела она, а я криво улыбнулась в ответ.

Не пойму, она вправду хочет, чтобы я понравилась гостю, или нет? Если да, то она бы обратила внимание на мой растрёпанный вид и не стала бы рядить меня в это ужасное платье.

В прихожей зашумели слуги, и графиня встрепенулась. Глаза её загорелись, и я настороженно уставилась на неё. Что-то она уж больно довольная.

— А вот и лорд Касстель, — объявила она звонко, улыбаясь кому-то в коридоре. — Проходите, мы вам очень рады.

Я прищурилась, когда в столовую вошёл темноволосый мужчина.

Быть того не может…

Передо мной стоялон . Тот самый любовник из оранжереи. Высокий, широкоплечий, одетый в дорогой камзол с серебряной вышивкой. Он обольстительно улыбался, будто пришёл на званый вечер к добрым друзьям. Демиан посмотрел на меня, и улыбка его стала шире, а взгляд тяжелее.

Нет, этого не может быть. Это всё не по-настоящему.

Она хочет выдать меня замуж за своего любовника⁈

— Лорд и леди Эттерс, — Демиан учтиво поклонился, глядя на моего отца. — Наслышан о вас.