Путешествие наше проходило без происшествий, однако перед отправлением, когда мы садились в карету, я заметила странную тень за окном. Она мелькнула и исчезла, но я могла поклясться, что это была фигура человека. А потом карета слегка просела, будто кто-то запрыгнул на неё сзади. Я тогда посмотрела на Кристофера, но он не обратил внимания на эту странность, а я не стала упоминать о ней.

Дорога тянулась бесконечно. Мы миновали уже несколько деревень, нигде не останавливаясь. Лиственный лес сменился сосновым, становясь всё гуще, воздух стал холоднее, так что я куталась в тёплый плащ, что мне дал Кристофер, в попытке согреть замёрзшие пальцы.

Мы с ним почти не разговаривали, будто в дружелюбной маске, что он носил, отпала необходимость. Кристофер был задумчив и то и дело поглядывал в окно в нетерпении, заметно волнуясь, чем ближе мы продвигались к Северу.

На одном из привалов, когда мы остановились у лесного ручья напоить лошадей, Кристофер вышел из кареты. В окно я заметила, что он направился не к извозчику, как обычно, а в лес. Там, среди деревьев, я различила высокую фигуру, от которой у меня мурашки по спине пробежали.

Воспользовавшись тем, что извозчик отлучился по зову природы, я выскользнула из кареты и незаметно прокралась ближе, чтобы прислушаться к разговору. Загадочной фигурой оказался мужчина огромного роста, одетый в меховой плащ. Когда он вышел на свет к Кристоферу, я едва сдержала испуганный вздох.

Его лицо было изуродовано глубокими шрамами, пересекавшими левую щёку, лоб и подбородок. Один глаз был мутным, почти белым, на поясе висел кривой меч, больше похожий на варварский, чем на тот, что носят столичные дворяне. От него исходил дух опасности и смерти.

Я спряталась за деревом, прижавшись к нему спиной, и направила все силы на то, чтобы расслышать, о чём они говорят. Голоса доносились приглушённо, но в тишине леса я слышала почти каждое слово.

— … Так рано? — голос незнакомого мужчины звучал низко и хрипло, как будто скрежет стали о сталь. — Разве вы не должны были приехать с наследником?

Кристофер злобно усмехнулся:

— Планы поменялись, Гуннар. Вельма слишком зазналась. Решила выйти замуж за Эттерса, приблизить себя к будущему ребёнку Касстильского, вычеркнув меня из своей игры.

Гуннар недовольно сплюнул на землю:

— Женщины всегда всё портят, — прорычал он. — Будь моя воля, я бы давно приструнил эту стерву. Если бы твоя жёнушка понесла, не пришлось бы ей так далеко заходить.

Они о Каролине? Кристофер мучил её, чтобы она родила от него? Бедная, через сколько ей пришлось пройти.