— Он сын своей матери, — отрезал Йорген. Губы Лукаса вытянулись в тонкую линию.
Джина демонстративно кашлянула, привлекая к себе внимание:
— Мы настоятельно не рекомендуем приводить к пациентам детей.
Лысый мужчина мазнул по ней взглядом, а затем снова повернулся к Лукасу:
— Нам нужно перевести Уинтера в клинику получше. Здесь он не получает должного ухода.
Я удивленно захлопала глазами. Слышала об этом впервые. И надо же — а ведь я его еще даже не обескровила! Рядом со мной Джина буквально окаменела от ярости. Лукас выпрямился во весь рост, выпустив из рук поручни стула Джуниора.
И тут, словно по волшебству, из-за угла материализовалась Мясник.
— Какие-то проблемы?
Йорген перевел взгляд с одного из нас на другого:
— Она водится с медведями-оборотнями, а её напарница работает на вампиров. Ни то, ни другое неприемлемо. Их обеих нужно заменить.
Мясник и бровью не повела:
— Лично я бы доверила свою жизнь любой из них.
— Значит, у вас дурной вкус.
— Йорген, ты забываешься, — осадил его Лукас. — Я знаю, что твоя преданность моему дяде безгранична, но сейчас не время устраивать сцены.
Йорген посмотрел на Лукаса, и я сразу вспомнила утренний разговор у моей машины, когда Лукас объяснял разницу между укушенными и рожденными оборотнями. Боже, казалось, это было целую вечность назад. Йорген, судя по виду, собирался сделать шаг навстречу Лукасу, но затем шумно выдохнул, разом сдувшись.
— Эта медсестра была одной из тех, кто его нашел. Она сама видела аварию, — как ни в чем не бывало продолжила Мясник. — Она занимается им с самого момента поступления, верно я говорю?
Я послушно кивнула — понимала, что Мясник ждет от меня именно этого.
— Его нашли медсестры? — переспросил Йорген.
— А как, по-твоему, он вообще остался жив? — отрезала Мясник.
— А вы видели, кто его сбил? — подал голос младший.
— Нет, — ответила я мальчику. — Я видела только грузовик. И сразу же дала показания полиции.
— Им пора возвращаться к работе, Йорген. Забери Джуниора наверх, подождете там Хелен, — Лукас легонько подтолкнул ребенка к Йоргену.
Тот по-прежнему метал в нашу сторону невидимые кинжалы, но я отчетливо почувствовала, что нарушить прямой приказ он попросту не может.
Джуниор напоследок заглянул в палату Уинтера:
— Пока, Дедушка Уинтер. — А затем перевел взгляд на нас: — Пока, Джина, пока, Эди. Жалко, что вам так и не удалось меня погладить.
Я улыбнулась ему:
— Мне тоже.
ГЛАВА 20
Стоило мальчику уйти, а Йоргену унести с собой волны своего недовольства, как атмосфера у палаты Уинтера снова потеплела. Плечи Джины поникли, и она тяжело вздохнула: