Ей понадобится около семи секунд, чтобы найти мужа, потому что некоторым мужчинам нравятся горячие и злые женщины. Она похожа на злодейку из фильма о супергероях. Ту, которую герой знает, что не должен хотеть, но все равно за ней бегает.
Вблизи я понимаю, почему некоторые мужчины могут быть ею очарованы. Она может выглядеть невинно, когда хочет, с длинными светлыми волосами, заплетенными в корону на голове, и полными розовыми губами, покрытыми помадой.
У неё даже веснушки на вздернутом носу, как золотая пыль. Она наиболее невинна — и наиболее опасна — когда обвиняет тебя в измене или дразнит твоими оценками. Когда она крадёт выпивку из твоей комнаты в общежитии или ухмыляется тебе, когда выигрывает в суде.
Большую часть времени она старается, чтобы внешность соответствовала внутреннему миру — на 100 процентов злая королева. Она красит губы в кроваво-красный цвет и одевается так, чтобы убить — в буквальном смысле. Ее туфли могут выбить глаз или что-то более важное.
У нее нет морали, нет манер и есть стремление к победе. Она идеальна.
Она пронзает меня взглядом, прерывая мои мысли. — Я прочитала. И что?
— В документе сказано, что земля переходит к Хантер и Принц, если они будут связаны узами брака на момент завершения передачи земли…
Я повторяю нужную фразу.
— Да, ты умеешь читать. Очень впечатляет.
Я скрещиваю руки и игнорирую её насмешки. Через две минуты она будет очень расстроена, когда поймёт, что я прав.
— Если они будут связаны узами брака. Земля должна перейти к женатому Принцу и Хантер. Не к женатому Принц и незамужней Хантер.
В её глазах мелькнула паника. — Это кажется...
— Как будто судьба смеётся над нами. — Я поднимаю брови. — Подумай об этом. Документ датирован 1919 годом. Если бы земля должна была перейти к нашим предкам, если бы они поженились, её бы уже разделили.
— Черт, — шепчет она. Ее лицо еще бледнее, чем раньше. Присоединяйся к клубу, маленькая Хантер.
— Верно.
— Но я не хочу выходить за тебя замуж.
Она звучит ужасно, и что-то самодовольное и горячее пульсирует за моей грудиной. Я не чувствовал такого уже несколько месяцев. Более остро. Как будто мои чувства возвращаются.
— И я не хочу жениться на тебе.
Я пожимаю плечами.
— Ты же хочешь положить конец вражде, правда? Ты хочешь эту землю так же, как и я.
— Конечно, — резко отвечает она. — Просто... не так.
Я постукиваю пальцем по столу, прежде чем взглянуть на дверь и стоящие рядом с ней старинные часы. Уже почти одиннадцать, и, как Золушка, я превращаюсь в тыкву в полночь. Ну, не совсем в тыкву, но в жениха.