— Если он убьет, я смогу взять твою сумку Celine? О, и туфли Chanel тоже? Я примеряла их в прошлый раз, когда была у тебя, и я могу втиснуть туда ногу, если намажу вазелин на носок.
Я вздыхаю. Я даже не заметила, что моя кузина намазала вазелин на мои туфли. Должно быть, это было во время нашего последнего киновечера. — Конечно, Вэл. Все, что хочешь.
— Спасибо.
Она улыбается мне дерзко, а затем прыгает в сторону столовой. Я уже чувствую запах еды. А учитывая, как громко кричит Валентина, нет никаких шансов, что моя семья еще не знает о свадьбе.
Вместо переговоров это будет засада. Я даже не смогу попробовать воскресные лепешки тети Терезы или курицу с пармезаном дяди Энцо. Я буду слишком занята, защищаясь. Я сжимаю кулак у живота, останавливаясь перед двойными дверями в парадную столовую, где проходят все важные семейные собрания и воскресные ужины.
Когда я вхожу, все поворачиваются и затихают. Здесь собралось не менее двадцати членов клана Хантер, и каждого из них воспитали в ненависти к семье Принц. Эйден никогда не сможет прийти сюда.
Мой старший брат Бенедикт сидит с скрещенными на груди руками, с непроницаемым выражением лица. Андреас, мой другой брат, который выглядит сочувствующим, подталкивает огромный бокал вина к моему обычному месту справа от него. Дядя Энцо и тётя Тереза тоже гневно смотрят на меня. Лицо Лео искажено беспокойством. Мои другие кузены выглядят так, будто смотрят на заключенного, идущего на виселицу. Наконец я смотрю отцу в глаза, поправляю брюки и сажусь напротив Лео, рядом с Андреасом.
— Привет, папа.
Доминик Хантер — внушительный и более чем крупный человек. Он стареет, но все еще в хорошей форме и обычно полон жизни — улыбается, хлопает по плечу, рассказывает истории, смеется над моими шутками, поощряет нас, детей, делать все возможное. Но сегодня его лицо изрезано морщинами беспокойства и нескрываемым гневом.
В животе начинает болеть, и я делаю глоток вина. На каминной полке стоит бутылка бурбона от Принц&Хантер, одна из последних, что у нас осталось, и мне очень хочется открыть ее.
— Давай посмотрим, — жестко говорит мой отец.
— Кольцо, — добавляет он.
Я скольжу рукой по столу, и моя семья взрывается.
— Слишком маленькое, — кричит моя кузина Лина, сидящая рядом с тётей Терезой.
— Он заставил тебя? — спрашивает тётя Тереза.
— Как ты могла? — кричит мой дядя Энцо с другого конца стола.
— Хочешь, я его убью? — спрашивает Андреас.
— Я могу помочь, — говорит мне старшая сестра Лео, Лина, с острой улыбкой.
— Она собирается порвать с ним, — говорит мой отец. — Правда, Эм?