Оно похоже на что-то из сказки или фильма. Я помню дикие розы и ухоженные сады, кованые лампы, выстроившиеся вдоль дорожек, и старые каменные здания, полные тайн и истории.
Королевская Гавань всегда очаровывала меня, и магия поместья начинается с его ворот — массивных и слегка угрожающих кованых железных конструкций, возвышающихся на три метра над моей головой и покрытых таким густым плющом, что кажется, будто растение является частью металла. Сквозь листву виден герб семьи Принц — ангел и дьявол, сражающиеся над буквой P и девизом их дома — «сейчас настал час». Этот девиз есть на каждой бутылке бурбона, которую они продают.
В подростковом возрасте мы предполагали, что герб на воротах сделан из чистого золота, и Андреас много говорил о том, чтобы украсть его части, но никто никогда не осмеливался.
— Мне так нравится быть правым, — раздается голос слева от меня. — И дважды за один уик-энд. Чем обязаны такому удовольствию?
Эйден.
Я даже не заметила, как он появился, но звон небольших боковых ворот подсказывает мне, как он сюда попал. Я заставляю себя быть с ним приветливой, или по крайней мере сердечной, потому что все мои надежды связаны с Эйденом.
— Откуда ты знал, что я здесь?
Он наклоняет голову, его элегантное лицо нечитаемо в полумраке. — Я попросил охрану быть начеку, когда ты приедешь.
— Ты был так уверен, что я приеду?
Его губы на мгновение сжимаются. — Если твоя семья отреагировала так же, как моя, то да.
— Значит, они отнеслись к этому нормально?
— Дедушка сказал точно так: «Только через мой труп ».
Он проводит рукой по волосам, что для него является шокирующим проявлением эмоций.
— Мой отец запретил мне входить в дом и сказал, что так или иначе расторгнет брак.
Эйден тихонько свистит.
На секунду он кажется почти сочувствующим. Луна выходит из-за облаков, и его губы озаряются серебристым светом. Его волосы окрашены в цвет жидкой ночи, а глаза блестят, как озера. Его лицо продало тысячи бутылок бурбона. Конечно же. Ни у кого нет таких губ, таких волос, таких глаз. Даже его ресницы были накрашены слишком ярко. Слишком. Он слишком. Глядя на него слишком долго, я чувствую, что тону в глубокой воде или зарываюсь под слишком тугую простыню. Я не могу сделать полный вдох.
— Так ты говоришь, что я твой единственный вариант?
Иллюзия доброты разбивается вдребезги с его словами.
Я скрещиваю руки. — Не злорадствуй.
Он прикусывает нижнюю губу. У большинства людей это было бы просто проявлением юмора, но для Эйдена это практически сияющая радость.
— Я так рад, что ты видишь вещи так же, как я.