Черт, нет. Что-то сжимает меня. Что-то неприятное и горячее. Ощущение, которое я отказываюсь называть. Прежде чем я успеваю это осознать, я уже иду за ней, отталкивая людей и хватая ее за руку, прежде чем она доходит до бара.
— Отпусти... что?
Она поворачивается ко мне.
— Пойдем со мной.
Я тяну ее в коридор рядом с баром и в нишу.
— Твое кольцо.
Мы оба смотрим на ее руку, ошеломленные. На ней надето потемневшее семейное кольцо, которое я взял с стола той ночью. На мгновение мне кажется, что это позор, что эта яркая, веселая женщина должна носить маленькое, тусклое украшение, которое я вытащил из ящика с хламом.
— Я забыла, что оно там было, — говорит она, пораженная.
— Должно быть, оно стало удобным.
Она бросает на меня взгляд. — Отвратительно, Эйден.
Я поднимаю уголок рта. — Интересно, что бы он подумал.
— Ничто так не оживляет отношения, как хороший слух о измене, — говорит Эмори.
— Или слухи о том, что мы ищем третьего.
Она удивленно смеется и прикрывает рот рукой.
— Думаешь, он бы согласился присоединиться? — спрашиваю я.
Она качает головой и продолжает смеяться, из-под ее руки вырываются небольшие вздохи и хихиканье. Вся моя грудь наполняется теплом.
— Не знаю, почему ты смеешься, Эмори. Я обижен.
Она прижимается лбом к моей груди, и я замираю. Никто раньше так не делал.
Я никогда не заставлял никого смеяться так сильно, что им приходилось скрывать свое лицо. А сейчас радость выплескивается из нее, как из переполненной бутылки шампанского.
Наконец она слабо прислоняется к стене.
— Боже, мы такие глупые. — Она вытирает глаза. — Все эти пари были очень глупыми.
— И все же ты все еще должна мне одно, — протягиваю я.
— Надеюсь, не что-то глупое.
Она все еще улыбается, когда смотрит на меня, и эта теплота превращается в прилив жара. Жар, который проходит от моей груди через центр тела к тем частям меня, которые хотят узнать, на что похожи ее улыбающиеся губы.
Ее глаза загораются, когда она смотрит на мое лицо.
— Я хочу знать, понравился ли тебе поцелуй, — говорю я. Эти слова не были запланированы, они вырвались из самых низменных частей меня.
— Я уже сказала тебе. Мне не понравилось.
Она выпрямляется, прислонившись к стене.
— Твоя реакция говорит мне, что тебе понравилось.
Она пожимает плечами. — Поцелуй меня еще раз и узнай.
Мило. Это ее игра. Я вижу вызов в ее взгляде. Она думает, что я поцелую ее и растаю. Ни за что.
— Ладно, — говорю я тихо. Я приближаюсь к ней, чувствуя, как меняется воздух между нами. Он становится тяжелым, и я чувствую ее взгляд на каждой части моего лица. Я на мгновение обнимаю ее щеку рукой и смотрю, как ее глаза полузакрываются. Меня охватывает чувство триумфа. Как только я заставлю ее признать, что она меня хочет, я покончу с этим безумием.