того и ждал.
И я сама ждала…
Поэтому поддаюсь ему не задумываясь. И даже стеснение остается где-то далеко позади. Ведь
он и на секунду не оставляет мне мысли, что я недостаточно хороша для него. Что я
недостаточно красивая или недостаточно женственная, как для некоторых. Ощущение такое, что
для него в целом мире есть только я одна, и весь его мир — во мне сосредоточен.
— Машка, девочка моя… — хрипит он, спуская поцелуй по моей шее. А затем вдруг бесцеремонно
накрывает своим горячим ртом мой напряженный сосок, вынуждая меня невольно выгнуться ему
навстречу.
Ощущения такие острые, будто я с горы лечу, а потом меня снова подбрасывает в небеса, и так
по кругу. Едва стоит мне подумать, что я возможно еще совсем и не готова к соитию, как вдруг
чувствую его горячую упругую плоть у себя между ног, и… понимаю, что совершено точно не
готова!
Да еще и к такому размеру!
Но затем Бесо слегка посасывает мою грудь, вызывая внизу живота сладкое томление, и я уже
бессовестно стону во весь голос, наплевав на всех домашних.
Вот черт! А ведь и правда… Какой стыд!
И вот я снова лечу в пропасть, и что есть сил задавливаю рвущиеся из меня стоны.
Бесо будто чувствует, что что-то не так. Отрывается от моей груди, и снова нависает надо
мной:
— Не сдерживайся, милая, — хрипит он. — Я хочу слышать, что ты чувствуешь.
— Но там же… — выдыхаю вперемешку с тихим стоном, потому что его член все еще упирается в
мою чувствительную плоть, — куча народу в доме.
— Волнуешься, что Боря услышит, что ты больше не принадлежишь ему? — кажется злится мой
Бес. — Боишься, что тогда пути обратно уже точно не будет?
— Ты сейчас что… ревнуешь меня? — шепчу удивленно.
Он дышит бешено мне в губы, и в глаза мне смотрит хмуро сквозь темноту:
— Пиздец как ревную, Маша, — цедит яростно. — Понимаю, что права на это не имею, ведь мы
совсем о другом договаривались. Но меня бесит мысль, что в твоей жизни есть место только для
одного мужчины, и ты так и будешь всю жизнь принадлежать моему брату.
Я вдруг чувствую, как у меня сердце отчего-то сжимается тоскливо.
Все из-за мимолетной мысли, что я и правда могла бы принадлежать Боре…
И тогда, я бы никогда не узнала, что значит быть… женщиной Бесо.
Ловлю его косматую голову в плен своих ладоней, тянусь и коротко целую его в губы:
— В одном ты точно прав: в моей жизни и правда есть место только для одного мужчины.
Он даже напрягается сильнее, будто не понимает, о чем я, или понимает, но не может
поверить. Поэтому я вынуждена продолжить:
— Этот мужчина — ты, Бесо.
Несколько бесконечных секунд тишины, и его строгий взгляд будто сканирует меня сейчас.