меня по первое число! И вообще дорогу в город забудешь, ясно тебе?!
— Да ясно, ясно, — шмыгаю я носом и бреду на улицу.
И молюсь.
Не богу, а дьяволу Басманскому. Лишь не подвел меня. Ведь сейчас он — моя последняя
надежда.
Прохожу сквозь дырку в заборе, организованную стариками и вхожу в соседский дом, тихо
постучав по раме:
— Есть кто?
Бабушка Бесо выглядывает из кухни, почти точной копии нашей, только чуть обставленной
получше. Все же этим старикам есть кому деньгами помогать, в отличие от моих. Видимо прав
мой дед, бесполезная я совсем.
— Ой! — всплескивает руками баба Нина, разглядев меня наконец в полумраке коридора: — Это
кто же у нас тут? Машенька наша?
— Здравствуйте, — улыбаюсь доброй старушке, которая тоже немало возилась со мной маленькой.
— Да я к дедушке с бабушкой заехала, чтобы…
— Слышала я! — отмахивается она. — И что Борис наш натворил — тоже. Ты не серчай на него,
девочка. Он еще поймет какое счастье упустил, да поздно будет, — качает головой
сочувственно. — Жаль только, что из-за этого охламона мы с Русаковыми так и не смогли
породниться. — она вдруг подмигивает мне как-то заговорщически. — Или может еще не все
потеряно, м, Машуль?
А я даже не сразу нахожусь, что ответить. Значит все уже обо всем в курсе? И на что это она
намекает? Что я Борю простить должна?
Или… неужели то нелепое предложение отца уже и до наших стариков дошло? Неужто Бесо сам
рассказал? С чего бы? Он ведь не стал бы? Зачем бы ему это? Ведь даже мой дед резонно
говорит, что я Бесу и за даром не снилась.
И вроде я в этом с ним солидарна: ведь он мне тоже не интересен. Ну уж точно не в качестве
мужа. Однако…
Странное чувство расползается у меня внутри, с каждым новым разом, когда я вновь и вновь
обдумываю эту невероятную идею… выйти за Беса.
И сердце почему-то так колотится.
Это наверно потому что я все еще… боюсь его…
Или…
Глава 15. Мария
— Не грусти, милая, — утешает меня бабушка Бесо, кажется неправильно восприняв мой ступор.
— Найдешь себе получше мужа и забудешь, как наш внук тебя обидел.
— Да не хочу я мужа! — выпаливаю я в сердцах, но тут же в руки себя беру. — Я учиться хочу,
понимаете? А дед заладил: замуж-замуж. Никаких аргументов ему не надо. Сил моих нет! Ему
волю дай, так он бы меня на привязь посадил, и из дому больше не выпустил бы.
— Ой, милая моя, — баба Нина подходит ближе и утешающе меня по плечу похлопывает: — Это
тебе еще повезло, что он тебя силком замуж не выдает. А то знаешь, всяко бывает…
— Еще не хватало! — меня аж передергивает. — Это ж уже вообще средневековье какое-то.
— Не такое уж и средневековье, — пожимает плечами бабушка. — Буквально в том году соседи