— Пельмени — отличный вариант, — говорит Бесо у меня над ухом. — Тем более раз ты их сама
готовила.
Голос его все такой же усталый и это вынуждает меня вспомнить, почему я собственно вообще
прилипла к нему и не позволила заняться своими делами, когда мы вернулись домой.
Поднимаю на него взгляд, изучая его строгое сосредоточенное лицо:
— Бесо?
— М? — отзывается бесцветно.
— Я тебя чем-то расстроила? — решаюсь все же спросить прямо.
— М-м, — задумчиво качает головой, продолжая методично поглаживать мои руки под струей
теплой воды.
— Тогда почему ты стал таким… отстраненным?
Он переводит на меня взгляд из-под хмурых бровей:
— Не обращай внимание, Маш, — будто успокаивает меня. — Я просто о своем задумался.
— Значит у нас… все в силе?
Хмурится сильнее:
— Если ты только сама не передумаешь, то… да, — он пожимает широченными плечищами,
вытаскивает мои руки из-под крана и накрывает полотенцем.
Сам отходит тут же, будто в отличие от меня все еще хочет держать безопасную дистанцию.
— Тогда… — упрямо шагаю ближе, не позволяя ему снова отстраняться, — докажи.
Бес замирает, а затем переводит на меня тот самый живой взгляд, в котором явно никак не
может сдержать интерес:
— Чего?..
Глава 38. Мария
Он медлит, что мне уже начинает казаться, что ни черта он не понял, что именно я
подразумеваю под доказательствами.
Боже, как стыдно. Но отступать мне уже некуда.
Я шагаю еще чуть ближе, как-то даже неосознанно. Будто меня просто каким-то мощным магнитом
к нему тянет. Касаюсь пальцами его груди под тонкой рубашкой. И до ужаса боюсь, что он
сейчас оттолкнет меня.
Но он так и стоит, изучая меня хмурым взглядом. Дышит тяжело и наконец рокочет тихо до
мурашек:
— Так и будешь мое терпение испытывать?
Я только успеваю рот открыть, чтобы ответить, как вдруг он накрывает мои губы поцелуем, от
которого я едва равновесие не теряю. Но Бесо тут же прихватывает меня за талию и прижимает к
себе. Зарывается второй ручищей в мои волосы, будто боится, что я передумаю и сбегу. Но я
совершенно определенно никуда не собираюсь. Мне и здесь хорошо. Потрясающе хорошо. Как
никогда в жизни.
Боже, как от него пахнет. Все еще лесом, и той избушкой, где мы спали в обнимку, немного
отцовской нивой, но сильнее всего — настоящим мужчиной. С которым не страшно заблудится в
лесу, или даже взять мамины пельмени без спросу. С которым так надежно и спокойно. И
неспокойно одновременно.
Ведь мое сердце прямо сейчас отчего-то взволнованно трепещет, будто вот-вот из груди
вырвется. А еще эта сладкая тянущая судорога внизу живота, заставляет меня аж на цыпочки