— Вадька?

Я резко разворачиваюсь, рука дергается к оружию, но это Родион. Он стремительно приближается с напряженным лицом.

Выглядит таким же растерянным, как я.

— Какого хуя, брат? Ты цел? Был внутри?

Я один раз качаю головой.

— Нет. Мне позвонила Зоя. Сказала, что не может связаться ни с тобой, ни с остальными. Сказала, что все были здесь.

Родион замирает. Его глаза прищуриваются, становясь темными и опасными.

— Она так сказала?

Теперь его голос тихий, острый, словно сталь.

— Да, — цежу я. — Именно это она и сказала.

Он тихо ругается.

— Мне она сказала то же самое. Зоя? Какого хуя? Нет… она бы не стала…

Она всегда была честной.

Верной.

С какой стати ей лгать?

— Ты знаешь, что нужно делать, — произносит он со стиснутой челюстью.

Все его тело вибрирует от едва сдерживаемой ярости.

— Осмотреть территорию. Найти остальных.

Я киваю.

— У меня одноразовый телефон. Даже приехал не на своей машине.

— То же самое.

— Ты проверяешь южную сторону. Я пойду на север.

— Понял.

Завернув за угол, я вижу Рафаила, разговаривающего с одним из пожарных. Поза расслабленная, но глаза его выдают.

Заметив меня, он меняется в лице.

Облегчение, приправленное подозрением.

Я чувствую то же самое.

— Ты в порядке? — спрашивает он достаточно тихо, чтобы слышал только я.

— Да. Меня вообще здесь не было, когда все началось. А тебя?

Он качает головой.

— Нет.

Но его взгляд скользит к пожарной бригаде, и я понимаю: мы думаем об одном и том же.

Им ничего не говорим.

Ни хрена не раскрываем.

Они приехали не ради нас.

— Я нашел Родиона, — сообщаю я. — Он цел. Проверяет южную сторону, ищет Семена и Матвея.

Рафаил коротко кивает, на челюсти дергается мышца. Он просчитывает ситуацию — те же варианты, что и я.

Это была ловушка.

Но зачем?

Мы начинаем медленно и осторожно обходить периметр, пока пожарные исчезают внутри с рукавами и снаряжением.

Рафаил подходит ближе и снова понижает голос.

— Напугали меня до усрачки, — хрипло признается он. — Но ты цел.

— Да.

— А Рут? Лука?

— С ними все хорошо, — шепчу я. — Они в безопасности.

Он хмурится. Ему не нравится ничего из происходящего.

— Я только что видел Родиона. Ему поступил такой же звонок. Всем нам.

Пока пламя угасает под мощными струями воды, Рафаил достает телефон и открывает трансляцию с камер наблюдения.

Его лицо каменеет.

— Наблюдение отключено, — бормочет он. — Кто-то его вырубил.

Работа изнутри.

Тут даже вопросов нет.

Мы находим Родиона, а затем Матвея и Семена.

Все здесь.

Все целы.

И нам не требуется много времени, чтобы сложить картину: позвонили каждому из нас.

Всем до единого.

Она вызвала нас сюда.