— Это правда, — отвечает он.
И тут я понимаю: странным образом то, что мне не приходится смотреть ему в глаза — даже несмотря на руки, обхватывающие его крепкий торс, и голос в моем ухе, — одновременно делает происходящее интимным и помогает разговаривать.
Мне хочется рассказать ему все.
Хочу извиниться за то, что кричала на него и обвиняла в недостаточной заботе о племяннике, хотя он делает все возможное.
Хочу признаться, что Мария оказалась в баре той ночью по моей вине. Если бы я не попросила ее приехать и обсудить мою очередную драму, она осталась бы дома с Лукой.
Хочу сказать, что он был для моей сестры лучшим мужем, каким только мог быть. И хотя она умерла слишком рано, ей досталась жизнь, которой она заслуживала: муж боготворил ее, вокруг находились любящие люди, а самый милый мальчик в мире обожал свою маму.
Хочу рассказать обо всем этом.
Но молчу.
И снова растворяюсь в поездке.
Это так чертовски приятно.
Я вздыхаю одновременно с ним, и мне хочется крепче его обнять.
Хочется сказать, что я его люблю.
Но не так, как женщина любит мужчину, в которого влюблена.
Я люблю его как брата.
Так ли это?
Затем он снова касается чего-то на шлеме и начинает говорить, но на этот раз я не слышу его слов.
Еще до того, как он заканчивает, ощущаю, как изменяется напряжение в его теле: спина слегка выпрямляется даже на ходу.
Что-то произошло.
Что-то изменилось.
Его голос снова звучит у меня в ухе: — Планы изменились, Рут.
ГЛАВА 6
ВАДЬКА
Первым делом Я звоню Зое.
— Как Лука?
— С ним все хорошо, — отвечает она стальным голосом.
Женщины Копыловых не шутят с подобными вещами, а Зоя пережила уже не одну напряженную ситуацию.
Рафаил правильно их воспитал. Зоя была совсем ребенком, когда он стал законным опекуном ее и остальных младших братьев и сестер. Он научил их быть сильными, преданными и дисциплинированными.
И по сей день я не уверен, что существует проблема, с которой семья Копыловых не способна справиться.
Они умеют обращаться с оружием и действовать в опасных ситуациях. Видели, как близких им людей ранили и убивали. И когда все летит к хуям, Копыловы остаются непоколебимыми.
— Лука сейчас собирает сумку, — уже тише сообщает Зоя. — Я сказала, что мы отправляемся в путешествие и что скоро он увидит тетю Рут и папу.
— Спасибо.
Раньше мне хотелось верить, что даже ирландцы не настолько бессердечны, чтобы преследовать ребенка.
Но теперь я не могу позволить себе такую роскошь.
Не после того, как они убили мою невинную жену.
Тихий голос в глубине сознания напоминает, что ее смерть была случайностью. Они не охотились конкретно за ней. Она просто попала под перекрестный огонь, когда ирландцы устроили кровавую бойню.