Мы остаемся на месте.
Сплетенные.
Безмолвные.
А затем он отстраняется.
И я понимаю.
С нами не все в порядке.
Я пытаюсь поправить футболку, но она безнадежно испорчена. Неважно. Нахожу пальто онемевшими пальцами.
Он молчит.
Я тоже.
Не произнося ни слова, он прижимает мою голову к своему плечу и медленно проводит ладонью вдоль моей спины.
Мой взгляд останавливается на календаре за его плечом, приколотом к стене под рекламными листовками, и меня захлестывает ледяная волна страха.
О нет.
Этого не может быть…
Или может?
ГЛАВА 19
ВАДЬКА
Мне нравится, что она здесь, рядом со мной, и я хотел бы найти способ заставить ее остаться. Но это все равно что посадить в клетку дикую птицу, которая бьет крыльями и готова вырваться на свободу, как только откроется дверца.
И ее что-то тревожит.
Я думал, в баре мы помирились. Думал, она поняла, как много для меня значит.
Но теперь уже не уверен.
Она отстраненная и тихая, между бровями залегла складка.
— Точно не хочешь о чем-нибудь поговорить?
Мы сидим на диване в гостиной. Лука уснул после того, как Рут снова и снова читала ему книжку. Ее лодыжке уже лучше, но она все еще немного опухшая и болезненная при прикосновении, поэтому Рут положила ее рядом с собой и прислонилась ко мне.
— Да, все хорошо, — отвечает она, но продолжает покусывать губу и смотреть куда-то вдаль, пока я осторожно укладываю ее так, чтобы голова оказалась у меня на коленях.
Не произнося ни слова, я запускаю пальцы в ее волосы. Я заметил, что ей это нравится. Медленно провожу пальцами от висков. Ее волосы теплые, мягкие и шелковистые. Довольно короткие, но густые, с легкой волной.
Я продолжаю перебирать пряди, ее веки закрываются, и она прикрывает рот, широко зевая.
— Я так устала. Странно. Обычно я никогда не устаю так рано. Казалось, я могла бы забраться в постель к Луке и проспать всю ночь.
Нахмурившись, я прикладываю ладонь к ее лбу, проверяя, нет ли жара.
Ничего.
— О боже, это было так мило, — говорит она, снова широко зевая.
— Что?
— Ты проверил мою температуру, прикоснувшись ко лбу. — На ее губах появляется легкая улыбка. — В тебе проснулся папа, и это ужасно мило.
Я щипаю ее за нос.
Я ей сейчас покажу милого.
Из спальни Луки доносится грохот. Рут вскакивает, и я в ту же секунду оказываюсь рядом. Бегом бросаюсь к спальне и распахиваю дверь.
Но Лука крепко спит.
Я быстро оцениваю обстановку, и Рут указывает на вентилятор, свалившийся с подоконника.
— Там, — шепчет она, стараясь не разбудить моего сына, который, к счастью, спит как убитый. — Это был вентилятор.
Пока она проверяет спящего Луку, я подхожу к окну и выглядываю наружу. Только живая изгородь и зеленая трава. Проникнуть отсюда в комнату Луки было бы практически невозможно.