— Здравствуйте, — говорит она. — И что же тут у нас?
Она не тратит время на любезности. Сразу видно, что эта женщина занимается своим делом уже давно: говорит прямо, без лишней чуши, но за ее деловитостью чувствуется доброта.
— Определенно ушиб и легкое растяжение, — говорит она после осмотра. — Признаков перелома нет. Рекомендую не наступать на ногу, прикладывать лед и держать ее приподнятой. Будете соблюдать рекомендации — через несколько дней все вернется в норму.
Она профессионально улыбается и начинает складывать инструменты.
Дверь снова открывается, и в комнату торопливо входит Зоя — щеки порозовели, дыхание слегка сбилось, словно она бежала всю дорогу.
— Привет, милая. Ну и вид у тебя… Что случилось?
— Здесь ты в безопасности, — говорит мне Рафаил, прежде чем они с Вадькой выходят из комнаты.
Зоя устраивается рядом, а я рассказываю ей о произошедшем, опуская подробности. Говорю лишь, что споткнулась о корень дерева.
— Ох, Рут. — Она сочувственно морщится. — Вот отстой. Так, тебе дали обезболивающее? Ты хоть что-нибудь ела?
Я качаю головой.
— Не ела после завтрака.
Я вспоминаю Луку и няню… и тревожное чувство снова поселяется в груди. Он не выглядел расстроенным, но я все равно беспокоюсь.
Неправильно было оставлять его в таком положении.
— Хочешь о чем-нибудь поговорить, милая? — осторожно спрашивает Зоя.
Горло сжимается. Я открываю рот, но не знаю, что сказать. Я не из тех, кто легко раскисает, однако вот она я.
— Кажется, я влюбилась, — шепчу я.
ГЛАВА 13
ВАДЬКА
— Дело плохо, — бормочет Матвей.
Его челюсть напряжена, мышцы подергиваются.
Матвей, двоюродный брат Рафаила, — один из самых холодных и блестящих умов в нашей команде. Если нужно расшифровать сообщение, взломать систему или найти закономерность в хаосе — обращайся к нему.
— Взгляните.
Он поворачивает экран к нам.
— Ублюдки. — Мой голос звучит тихо. Пальцы сжимаются в кулаки. — Им нужен мой сын? Только через мой гребаный труп.
— Я знаю, — медленно и размеренно произносит Рафаил. — Но мы должны действовать осторожно. Никаких необдуманных шагов.
— У твоего дома есть охрана, верно?
— Разумеется. Лука в безопасности.
И все же ради собственного спокойствия я открываю приложение на телефоне. Няня моет посуду, а Лука сидит за кухонным столом и весело рисует. У каждого входа стоят охранники, повсюду камеры.
Через этот периметр никто не пройдет.
И все же… тяжелое чувство не исчезает. Потому что только чудовище способно выбрать своей мишенью ребенка.
А чудовища существуют.
— Что насчет Рут? — напряженно спрашиваю я. — На нее у них что-нибудь есть?