Горячее чувство единения и нежности, и предвкушения обдало тогда Корденса, он искренне поверил, что они вместе с сестрой в силах справиться с главной напастью их рода.

Но вскоре отец исчез, и стены Туманного замка отрезали Корденса от этой мечты. Сестра ушла к Излому одна: не спросив, не посоветовавшись. Файолин права: Лейра ― маг, он ― Хранитель. У них разный долг и разное его понимание.

― Корденс, в последние дни ты читал этот договор много раз, ― вдруг оторвал герцога от размышлений тихий голос жены. ― Ты можешь мне процитировать несколько пунктов по памяти?

― Какие именно? ― обернулся тот и настороженно взглянул на нее.

― Сначала тот, в котором говорится о сроке действия договора.

― «…отныне и до окончания веков, покуда Излом и твари его угрожают существованию и благу Империи, обязан будет род герцога стоять на страже границ очерченных и жизнь свою щитом назначить во имя процветания Империи и сохранения рода Императора, дабы тот в спокойствии и праве своем заботился о…»

― А если Излом перестанет существовать? ― в нетерпении перебила его Файолин и сразу пояснила: ― Видишь ли, Корденс, мой покойный отец в своем округе занимал должность верховного судьи. Иной раз мне доводилось быть свидетельницей его обсуждений с советниками некоторых документов, от трактовки которых зависел исход того или иного дела. Я мало что могла понять тогда за молодостью лет, но усвоила, что формулировки порой дают весьма широкие лазейки для изменения решения в совершенно противоположную сторону. «… до окончания веков, покуда Излом угрожает…». А если Излом исчезнет? И окончится век?

Не сводя глаз с Файолин, Корденс сделал несколько шагов ей навстречу.

― Излом на месте, ― проговорил он наконец, ― и, видимо, еще много веков будет угрожать нашему миру, тому свидетельство недавний прорыв.

― Следующий пункт об отречении права претендовать на престол, ― мягко продолжила Файолин.

― «… никогда он, именуемый отныне Безымянным герцогом, не будет претендовать на престол отца своего, отдавая права все брату своему и сыновьям, наследникам его. И сын герцога, наследник его, отныне следует за отцом своим, и отказывается навсегда от прав на престол Императора, и передаст клятву и долг сыновьям и внукам своим до окончания веков, что наследники Безымянного герцога честью, кровью и жизнью своей будут поручены тому, что не станут претендовать на престол ни ныне, ни в грядущем, дабы смута не поразила…»

― Сыновьям. Внукам. Наследникам, ― Файолин с сочувствием смотрела на мужа, который привычно повторял знакомые слова, не осознавая еще, какой смысл можно в них вложить. Или не вложить.