Глава 1 Печать на ладони
Капля воска легла на гербовую бумагу криво, и я перестала дышать.
Сургуч на договоре был не тот, что ставят в консистории короны. Оттенок гуще, зерно крупнее, оттиск короны сдвинут вправо. Я такое видела на руках у старшего писца, когда меня отдали в обучение. Я медленно перевернула лист.
Ниже строки о приданом, между условиями о родичах и пунктом о титуле, кто-то аккуратно вписал крошечную сноску. Не отдельной статьей, а полускрытой, мелким бисерным почерком, каким пишут служебные оговорки. «В случае безвременной кончины невесты в первую брачную ночь долг рода Арден перед короной считается полностью погашенным». Три дня назад я была воспитанницей короны. Сегодня я сидела в кабинете посольского корпуса, и пункт о моей смерти лежал на столе, как кусок пирога.
У меня тряслись пальцы. Я спрятала руки под стол и осторожно свернула край договора так, чтобы сноска осталась видна. Мне нужна была копия. Хотя бы строчка.
— Ливея, — голос Совницы Рейны звучал мягко, со старческим теплом, — ты ведь понимаешь, что это бумага. Бумага меняется, когда меняется воля дома.
Я не подняла глаз. Под столом я прижала локоть к сноске, чтобы лист не скользнул. Если сноска вписана задним числом, у нее будет другой цвет туши. Я поднесла край к свече, держа двумя пальцами. Чернила в сноске были чуть теплее, суше. Словно высохли не месяц назад, а три. Несоответствие. Маленькое, но достаточное.
— Где перо, которым это вписано? — спросила я. — У него другой нажим.
— Какое перо, милая?
— Которым писали сноску.
Повисла пауза. Рейна отложила чашку с остывшим чаем. В этом доме чай всегда остывал, потому что разговоры были важнее. Я слышала, как в коридоре шаркает подошвами стражник, как скрипит каблук у двери. Кто-то стоял за створкой. Возможно, Посол Дарко, он всегда стоял за чужими дверями, когда решалось мое дело.
— Ты устала, дитя. Подпиши, и тебя отвезут к жениху. Дальше будет проще.
Я выпрямила спину. На столе лежала тонкая тетрадь в серой обложке, которую я завела в первый день воспитания. Туда я вписывала каждую полученную бумагу: дату, печать, от кого, подпись. Я открыла тетрадь на чистой странице и перерисовала сноску слово в слово, с теми же интервалами. Потом приложила чистый ноготь к кромке сургуча на печати, слегка надавила, отделила кусочек и положила в тетрадь между страницами. Затем капнула на чистый лист свечного воска и сделала слепок оттиска.
— Что ты делаешь?
— Свою работу. Я переводчица двора, и я перевожу.
Я сложила договор, не подписав. Сноска осталась у меня перед глазами, и я знала, что теперь не забуду ни слова. Я поднялась, прижимая к груди тетрадь. За дверью пахнуло лавандой и чужим одеколоном, который я узнала бы из тысячи. Так пахнет Посол Дарко, когда ему не нужно торопиться. Рейна медленно поднялась следом.