— Левую, — сказала я. — Покажи.

Он положил руку на стол ладонью вверх. Я отрезала от бинта полоску, смочила в теплой воде и приложила к запястью. Полоса под тканью была горячей, но не рвалась. Я перевязала руку, затянула узел и отрезала ножом лишнее. Бранн стоял у стены и не вмешивался, потому что сам лечил, а не видел, как лечат.

— Ты теперь обязана ему жизнью, — сказала я тихо, чтобы слышал только Вельт. — Не короне, не мне. Ему.

Вельт посмотрел на меня, и я не поняла, что он хочет сказать. В его лице впервые за этот день я увидела что-то похожее на усталость, а не на решение. Он убрал руку под стол и сел ровнее.

Каэла вошла с ведром и тряпкой, поставила у двери и сказала, что пол в бельевой уже вытерт, и пятна медовых чернил больше нет. Она посмотрела на мою повязку и на его, и я поняла, что она считает.

— Не сейчас, — сказала я. — Потом.

Она кивнула и ушла.

Мальк сидел на лавке у окна и доедал кашу. Когда я вошла, он встал так быстро, что ложка звякнула о миску. Я села напротив и пододвинула к нему тарелку с хлебом.

— Ешь, — сказала я. — Потом расскажешь.

Он сел обратно и жевал, глядя в тарелку. Неса чистила ножны у стены, но я видела, что она не слушает, а делает вид. Это было правильно, потому что я не хотела, чтобы мои слова вышли из кухни без подписи.

— Завтра я буду говорить с Дарко, — сказала я Мальку. — Но прежде я хочу, чтобы ты сходил в подвал и переписал все банки с медом. Какие стояли вчера, какие сегодня, какие Зося двигала. Без имен, просто банки. Я хочу знать, что она трогала, а что нет.

Мальк кивнул, не донеся ложку до рта, и каша потекла по подбородку. Он вытер рукавом и покраснел до ушей. Я подождала, пока он прожует, и продолжила:

— И второе. Ты знаешь, где каморка при кладовой, где Зося ночует? — Он кивнул. — Там под половицей справа от двери есть медная пластинка. Мне нужно, чтобы ты посмотрел, на месте ли она. Если на месте, ничего не трогай. Если сдвинута, запомни и скажи мне.

Он не спросил зачем. Это было хорошо, потому что я бы не ответила честно. Мне нужно было знать, не передала ли Зося кому-то ключ от архива. Медная пластинка была закладкой, которую Бранн сделал для меня два дня назад. Если она сдвинута, в каморке был чужой.

Мальк доел и ушел. Неса хмыкнула, убрала ножны и посмотрела на Вельта.

— Лорд, — сказала она, — из столицы приехал гонец. С малым ларцом. Я его не пустила, он ждет у ворот.

Вельт посмотрел на меня. Я кивнула.

— Пусть поставит ларец у ворот и уйдет, — сказала я. — Завтра я возьму его сама.

Неса вышла, и в кухне стало тихо. Я обернулась к Вельту. Он сидел, положив перевязанную руку на стол, и смотрел в окно, где уже темнело.