— Ты меня приглашаешь?

— Я предлагаю не околеть тут. Выбирай сам.

Он шагнул за мной.

Лифт ехал медленно. Слишком медленно. Мы стояли молча, но в этой тишине было столько всего, что слова были лишними. Я смотрела на его отражение в металлической панели. Он смотрел на меня. Наши взгляды встретились в этом мутном зеркале, и я не отвела глаз.

— Ты похудел, — сказала я.

— Ты тоже.

— Я всегда такая.

— Я помню.

— Правда помнишь?

— Я всё про тебя помню, Марта. Как ты пьёшь кофе — маленькими глотками, будто боишься обжечься. Как ты злишься — сначала тихо, а потом взрываешься. Как ты врёшь — чуть прикусываешь губу.

Я машинально прикусила губу. Он усмехнулся.

— Вот видишь.

Лифт дёрнулся. Двери открылись.

Моя дверь. Ключи в кармане. Руки замёрзли так, что пальцы не слушались. Я возилась с замком, а он стоял за спиной, и я чувствовала его тепло даже на расстоянии.

— Дай, — он протянул руку.

Я отдала. Он открыл с первого раза. Пропустил меня.

Я включила свет в прихожей. Скинула куртку, повесила на крючок. Обернулась.

Он стоял на пороге. Не заходил.

— Можно? — спросил тихо.

— Ты уже здесь.

Он перешагнул порог. Закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал громко, как выстрел.

Мы стояли в маленькой прихожей. Близко. Слишком близко. Я чувствовала запах его парфюма, смешанный с холодом улицы, и что-то ещё — его собственный запах, тёплый, мужской, от которого у меня подкашивались колени.

— Чай будешь? — спросила я, чтобы разрядить тишину.

— Нет.

— Кофе?

— Марта.

— Что?

— Я не за этим.

— А за чем?

Он шагнул. Теперь между нами не было расстояния. Ноль.

— Я злился на тебя, — сказал он тихо. — Каждый день. Каждую ночь. Я думал, что ты предала меня. Сначала ложью, потом статьёй.

— Я не сливала статью.

— Я знаю. Теперь знаю.

— Но злость осталась?

— Осталась.

— И что ты с ней делаешь?

— Пытаюсь понять, что сильнее — злость или то, что я не могу без тебя.

Я смотрела в его глаза. Тёмные. Уставшие. Честные. В них не было той привычной стали, которую он носил как броню. Только усталость и что-то очень похожее на боль.

— И как?

— Не могу понять. Поэтому я здесь.

— Проверить?

— Проверить.

— И как проверяют?

Он усмехнулся. Криво. По-своему.

— Обычно я проверяю гипотезы экспериментально.

— И какой эксперимент ты предлагаешь?

Вместо ответа он положил руку мне на талию. Тёплую. Тяжёлую. Уверенную.

Я не отодвинулась.

— Ты всё ещё злишься, — сказала я.

— Очень.

— Тогда зачем?

— Затем, что злость и желание иногда одно и то же.

— Удобная теория.

— Хочешь проверить?

— Я вообще-то гуманитарий. С экспериментами не очень.

— Я помогу.

Он наклонился. Медленно. Очень медленно. Давая время отстраниться, сказать «нет», ударить, убежать.