Он молчал секунду. Потом сказал:

— Это место, где меня не пытаются купить.

Я удержала улыбку, хотя хотелось сказать что-то колкое, лишь бы не чувствовать этот внезапный укол близости.

— И вы привезли сюда меня, — произнесла я. Не вопросом. Констатацией.

Он подошёл ближе. Остановился на расстоянии, где можно было сделать шаг — и либо уйти, либо…

— Да, — сказал он.

— Почему? — спросила я. И на этот раз это было не про легенду.

Он посмотрел прямо.

— Потому что вы не просите разрешения быть собой.

Я чуть прищурилась.

— Вы это уже говорили. Это ваш любимый комплимент?

— Это не комплимент, — ответил он. — Это причина.

Мы стояли слишком близко. И в голове у меня вспыхнула очень простая, очень опасная мысль: он не обязан был привозить меня сюда. Он мог снять любой дом на сутки и назвать это “подготовкой”. Он мог остаться в своём привычном мире стекла и охраны. Но он привёз меня туда, где у него нет защиты кроме стен.

И это было интимнее любого поцелуя.

— Значит, — сказала я, стараясь удержать голос лёгким, — вы решили, что я не разрушу ваш порядок?

Он наклонился чуть ближе.

— Я решил, что вы разрушите его правильно.

— Это звучит как приглашение к преступлению, — пробормотала я.

— Это звучит как правда, — тихо ответил он.

И вот тут он впервые за весь день сделал движение, которое не было “контролем”: его ладонь легла мне на талию. Не грубо. Не властно. Просто как факт: вы здесь, со мной, и я не хочу, чтобы вы делали вид, что это ничего не значит.

У меня пересохло во рту. Я улыбнулась — упрямо, потому что иначе я сейчас начну выглядеть слишком мягкой.

— Мы всё ещё на “вы”, — напомнила я.

Его взгляд стал тёмнее.

— Да.

— Тогда давайте тренироваться, — сказала я.

Он чуть приподнял бровь.

— Что именно?

— Переход, — сказала я. — Если завтра нам надо звучать естественно… мы должны сделать это осознанно. Сейчас. Иначе будет фальшь.

Он смотрел на меня секунду. Дольше. Будто взвешивал, насколько это безопасно.

— Хорошо, — сказал он. И это прозвучало так, будто он подписал новый контракт, только этот контракт был между нами.

Он сделал вдох — и произнёс:

— Марта… давайте перейдём на ты.

У меня внутри что-то щёлкнуло. Не от слов. От того, что он сказал это именно так: попросил. Сформулировал. Сделал шаг навстречу.

Я улыбнулась мягко, но не слабой улыбкой — своей, хищной, уверенной.

— Хорошо, — сказала я. — Кирилл. На ты.

Он чуть замер, как человек, который услышал своё имя без отчества и понял, что назад уже не отмотать.

— Отлично, — сказала я. — Теперь у нас впереди ночь.

Его взгляд мгновенно стал острым.

— В разных спальнях, — уточнил он.