Утром пришли Фрося и Тимоха. Даю задание Тимохе осмотреть бричку. Вообще, у него обязанностей сейчас немного — одна лошадка у меня осталась, так что, мой конюх и возчик в одном лице не перерабатывает. Фросе даю новое задание — крупу перебрать. Натурально! Золушка, мля. Сидит девушка, гречу прошлогоднюю шелушит. Вообще-то, не я дал задание, а моя Матрена. Она сегодня смотрит на меня с огромным уважением и не перечит ни в чем.

Моя вчерашняя эпическая победа над Обдерихой уже обросла слухами и сейчас я беседую со встревоженным попом Германом.

— Молитовку прочитал перед баней, как положено, а мои дуры решили умаслить нечисть, хлеба там принесли, соли крупной, — с удовольствием сдаю женский пол усадьбы я.

— Что ты, Лексеич! — всплеснул руками поп. — Что я только ни делал, а девки на Святки так и продолжают гадать! Хоть пори их!

— А как гадают? — любопытничаю я.

— Известно как — подходят к бане вечере, открывают дверь и задирают юбку! — пояснил поп, зажёвывая домашнее пиво редиской.

— И что? — живо интересуюсь я, ведь известно, что нижнего белья молодежь сейчас не носит, и если сидеть в бане, то можно насмотреться видов!

— Если банник коснётся ноги мохнатой рукой — у девушки будет богатый жених, если голой — бедный, а если мокрой — пьяница, — пояснил Герман.

— Да ладно! — поразился я.

— Известно, бабы — дуры! — резюмировал служитель культа.

Хорошо так посидели с отцом Германом. Оказывается, и культурная жизнь есть в русской деревне!

Потом взялся за планирование своего бюджета. Что я понял из маминых записей? Я не банкрот, но нищий! Может и вправду кого ещё продать из сельчан? Но это средства производства! А вот с барщины на оброк можно перевести. Хотя… вот если мои денежные запасы в утках подсчитать… Утка по семь копеек идет!

— Смотрел я твою бричку. Поправить можно, но кузнеца в деревне нет, — вечером жаловался мне Тимоха.

— Коня угробил, сволочь, — ругнулся я.

— Пороть его надо! — поддержала меня Матрена глухой фразой из-за стенки.

— И нищета задолбала! — жалуюсь я таксисту.

— Ты же хотел купить там своим крестьянам живности, чтобы не голодали, — напомнил Ара.

— На коня или вола каждой семье денег не хватит. По овце всем купить могу, по два десятка куриц. Но что курица? На один раз пожрать, и то мало будет, если семья большая, — жалуюсь я. — Реально я могу им помочь на неделю, или на три, а чтобы там прям средства производства им дать — это не в моих силах!

— Гуся дашь? — кивнул на остатки обеда Тимоха.

— Пороть! — повторила стенка голосом Матрёны.

— Да бери! А если кто будет мне перечить, то ночевать будет в бане, — негромко говорю я.