выпутаемся. Ну, сама посуди, десять миллионов отступных, и это только начало! За что?
Что-то сжимается у меня внутри. Царапает это потребительское отношение к моей персоне.
Почему-то Пригожины думают, что если я работаю в больнице, то у меня есть возможность
повлиять на результат экспертизы. А главное – все мигом забыли, что я пострадавшая сторона.
Это мне изменили. Это мой брак повис на волоске, и то, когда он сорвется в пропасть – всего
лишь вопрос времени.
— А почему Вадик не хочет сделать экспертизу по всем правилам? — приподнимаю бровь. — Чего
он боится?
— Оля! Ну, ты о чем? А если ребенок его?
Салат застревает у меня в горле.
— Ну, если ребенок его, путь один – на Кавказ, свататься, — кашлянув, произношу уверенно.
Она нервно вертит чашку на блюдце.
— Оль… мне кажется, ты не понимаешь всей серьезности ситуации. Если всплывет, что ребенок
от Вадима, ему придется с тобой развестись. Ты окажешься на улице.
— На улице?
— Давай будем честны? Все, что вы приобрели в браке, было куплено на деньги Вадика. Неужели
ты думаешь, что, оказавшись в такой щекотливой ситуации, он станет делиться имуществом?
Что-то неприятно царапает внутри, но я заставляю себя холодно улыбнуться.
— Ангелина Васильевна, а у него нет выбора. По закону все придется делить пополам. Я ведь
законная жена.
Свекровь натянуто улыбается в ответ.
— Я надеюсь на твое благородство, Оленька. Вы с Вадиком не чужие люди.
— Вот именно, не чужие, — киваю согласно. — Надеюсь, он понимал, на что шел, когда изменял
мне с секретаршей?
— Мужчины все не без греха, милая. Тебе, как врачу, это должно быть хорошо известно. Будет
лучше, если ты не станешь претендовать на свою долю. Ведь ты ни копейки не заработала!
— Хм… вы так говорите, как будто я все три года находилась у Вадима на иждивении! У меня
тоже есть работа и зарплата.
— Не смеши меня, Оля! Твой вклад – капля в море. Поэтому я советую тебе просто подписать
отказ. Наш адвокат привезет тебе документы сегодня в пять часов вечера.
Я на миг застываю.
Они уже с юристом все обсудили, документы состряпали, а я, клуша, так и витаю где-то в
своих фантазиях! Судорожно ищу глазами часы. На табло, что видно из холла, 15.30. Половина
четвертого! Ни один нормальный человек не успеет найти юриста за полтора часа, находясь на
такой работе, как у меня! Пригожины все просчитали. Механизм запущен. Их адвокату осталось
подловить меня на растерянности, в момент тотальной загруженности по работе и заставить
подписать отказ от всего, что было приобретено в браке.
В дверях столовой появляется старшая медсестра Ира Михайлова.