Я угрожающе прищуриваюсь.
— Даже не вздумайте! Я что, пятилетний ребенок, с зеленкой на коленях ходить?
Он улыбается. Иронично приподнимает бровь.
— Оля, сколько тебе лет? Тридцать точно есть?
— Двадцать девять.
— Ну, вот. Двадцать девять, а ведешь себя, как моя дочь.
Я делаю шаг назад.
— Девочки всегда девочки. Хоть в тридцать, хоть в пятьдесят.
Он помогает мне снять куртку и вешает ее в гардероб.
— Давай хоть перекисью зальем?
— Нет!
— Да. Сначала примешь душ, а потом я обработаю ссадины.
Я открываю рот, чтобы отказаться, но Молотов уже толкает соседнюю с гардеробной дверь, а
потом выныривает оттуда со стопкой полотенец.
— Оля, я адвокат. Я знаю, что человеку, на которого напали, больше всего хочется смыть с
себя произошедшее. Судмедэксперт выжал из тебя все, что можно, поэтому не стесняйся. Я пока
буду на кухне. Послежу за яблоками в духовке.
Я вздыхаю. Забираю у него полотенца. Надо же было так неудачно упасть! Как будто мне снова
шесть лет, и я учусь кататься на велосипеде.
— Доставай из сумки, что нужно, и я отнесу ее в гостевую комнату.
Через пару минут мне удается извлечь из спортивной сумки домашний костюм, зубную щетку,
шампунь и гель для душа.
Молотов ловко заталкивает меня в ванную комнату и забирает из шкафчика перекись водорода и
ватные диски.
— Жду тебя на кухне, — подмигивает мне и выходит.
Я остаюсь одна в ванной комнате. Растерянно осматриваюсь. Ну, что за человек? Не показал
мою комнату, не показал дом. С порога затолкнул в ванную.
Глава 27
Оказывается, я и правда мечтаю оказаться под горячими струями душа. С досадой разглядываю
себя. Будет больно, но придется потерпеть.
Что-то неуловимо не так. Не пойму, что именно. Осматриваюсь. Нахожу причину своего
беспокойства.
Ванная комната почти такого же размера, как в нашей с Пригожиным квартире, но у Молотова
все оформлено в мрачных графитовых тонах, и это не дает мне расслабиться. Исключение
составляет большое зеркало в серебристой оправе, но зеркало меня сейчас только нервирует.
После нападения я избегаю смотреть на свое отражение. Некрасивые пятна на шее раздражают, и,
если они не сойдут до завтра, мне придется искать шелковый шарф.
Подавляю вздох. Я любила свою ванную комнату. Там все было сделано по моему заказу –
преобладал цвет слоновой кости, которую идеально дополнял теплый древесный акцент.
Включаю воду. Матовые темно-серые смесители с серебристыми кранами услужливо дают мне то,
что я хочу – тепло-горячие струи воды.
Колени обжигает.
«Терпи, Оля», — приказываю себе.
«Надеюсь, дорогой муж, ты заплатишь за мой дискомфорт», — произношу мысленно, щедро поливая