клеить.
— Встретимся, — выдыхаю осторожно.
Он так близко, что у меня кружится голова. Его взгляд излишне откровенен, и я отчаянно на
это реагирую. А еще мне предательски хочется, чтобы у меня в сумке оказались те самые шелка
и кружева, которые могли бы меня украсить. Только в сумке исключительно походный набор. Я не
лгала, когда сказала ему, что не умею флиртовать. У меня и в мыслях не было ничего
подобного. Мой адвокат – отец-одиночка, я – замужем. Только почему-то внезапно все
изменилось. Меня тянет к нему магнитом. Может, это весна. А может, наши с Вадимом отношения
изначально не давали достаточной страсти? Так или иначе, а я мечусь между соблазном и
правилами, которые нельзя нарушать. Молотов – мой адвокат, а Вадим пока еще мой муж.
Вот если бы на моем месте сейчас оказалась моя ветренная подружка Лера, она бы, не
раздумывая, нырнула в омут с головой.
Глава 32
…Амели тихо спит в своей кровати. Я забираю книжку и подкладываю медвежонка ей под руку.
Золушка получила назад свою хрустальную туфельку и осталась во дворце у принца, а мне
предстоит встреча с Молотовым в его кабинете.
Я подхожу к зеркалу и поправляю волосы. Наспех сплетаю их в косу. Сокрушаюсь, что на мне
домашний костюм, который по цвету и форме один в один повторяет больничную форму. Но делать
нечего. Я такая, какая есть. Меня уже не изменить. Наверное.
Тони растягивается у входа в детскую и остается сторожить спящую хозяйку, а я бесшумно
крадусь в полумраке холла в сторону двери кабинета.
Дверь приоткрыта, и оттуда льется свет.
Почему-то меня потряхивает. Заглядываю внутрь.
— Заходи, — слышу голос Молотова.
Он сидит на кожаном диване у окна с включенным ноутбуком на журнальном столике. Он работает
в очках, и от этого кажется мне совершенно не похожим на себя.
Я сажусь на край дивана рядом с ним.
— Вадим мне звонил вечером. Просил забрать заявление, — сообщаю новость.
— Хм, — Молотов приподнимает бровь. — Значит, ты в курсе, что это его мать постаралась?
— Да. Он предлагал деньги.
— И что? Заберешь заявление?
Я решительно смотрю ему в глаза.
— Нет. Никто не имеет права так со мной поступать.
Молотов вздыхает.
— Согласен.
— Нет, ты не понимаешь! Это… это страшно, когда предателем оказывается тот, кто до этого
был рядом! Почему моя свекровь так поступила? У нас ведь были доверительные отношения. Что
ее побудило заказать криминальную услугу?!
— Коньяка хочешь? — внезапно перебивает меня Молотов.
Я замираю. Непонимающе смотрю на него.
— А у тебя есть коньяк?
Он улыбается.
— Я знал, что ты не откажешься.
Он снимает очки и отставляет ноутбук в сторону, а потом поднимается со своего места и идет