Он всё еще не научился быть свободным.

Я согласилась выйти за него замуж, и, кажется, я его люблю, но я планирую превратить его жизнь в ад. Я собираюсь перевернуть его идеально упорядоченное существование всеми возможными способами. Он этого еще не знает, но скоро узнает.

Я откидываю голову назад, чтобы опереться на его плечо, и он крепче сжимает объятия. Я вижу запонки — те самые запонки, которые я прятала от него все эти месяцы, — поблескивающие на его манжетах. Его массивные дорогие часы впиваются мне в живот. На нем слишком много одеколона, и меня это бесит. Я предпочитаю естественный запах его кожи. Жду не дождусь, когда смогу потереться своей киской о его лицо и заставить его пахнуть мной, пахнутьнами . Я снова сделаю его грязным, и очень скоро. А пока я с ним не борюсь. Я закрываю глаза и позволяю ему поддерживать меня, потому что ему нравится, когда я на него опираюсь. И мне это тоже нравится.

— Еще один шаг, — шепчет он мне на ухо.

Он скользит рукой вверх по моей влажной майке к моей груди. Я не ношу лифчик, потому что он хочет, чтобы мои сиськи были ему доступны. Он сжимает мой сосок сквозь тонкую ткань, и его прикосновение обещает все те грязные вещи, которые он сделает со мной позже. Мой физиотерапевт, Райан, стоит в нескольких футах от нас и прекрасно видит наши нежности. Его щеки краснеют, и он опускает взгляд.

— На сегодня, пожалуй, пора закругляться, — говорит Райан, прокашлявшись.

Он бывший олимпийский спортсмен, которому поручено снова сделать меня целой. Я верю в него и в себя. Он хороший парень, в конце концов, лучший из тех, кого можно купить за деньги.

— Нет, — говорю я, хотя уже растворяюсь в Дориане и хочу, чтобы он уложил меня и снял эти орудия пыток, которые сейчас прикреплены к моим ногам. Я хочу, чтобы он прошелся своими волшебными руками и своим волшебным языком по моим пульсирующим ногам и заставил их чувствовать себя лучше. Но я могу подождать. — Я могу еще.

— Справишься? — спрашивает Райан.

— Она справится, — говорит Дориан, мазнув губами по мочке моего уха.

Затем он отпускает меня и оставляет стоять самостоятельно. Моя кожа покалывает от отголосков его внимания, и я жажду большего. Он неспешно направляется к креслу на другом конце комнаты и плавно садится. Он спокойно скользит взглядом по всему моему телу, от пластиковых пальцев ног до самого лица. Я вижу его насквозь сквозь эту маску невозмутимости.

Я стискиваю зубы и заставляю себя сделать еще один шаг. Мои руки сильны, и я держусь уверенно, но каждая мышца напряжена. Пока я медленно, дюйм за дюймом продвигаюсь к Дориану, его взгляд прикован к моим новым ногам, и я гадаю, какие отвратительные, извращенные идеи бродят в его порочном уме. Жду не дождусь узнать, что он для меня приготовил. Затем он вскидывает глаза, встречаясь со мной взглядом, и я словно читаю его мысли. Когда я добираюсь до конца дорожки, тяжело дыша, с потом, стекающим по лицу, я знаю, что мы оба думаем абсолютно об одном и том же.