— Мне не понравилось, как ты с ней обращаешься, — говорю я.
— С кем? С этой маленькой мышкой? — спрашивает он, хмуря брови так, словно не понимает, хотя всё он прекрасно понимает.
— Ее зовут Ирина, и тебе следует оставить ее в покое. Она тебе не ровня.
— А ты, значит, ровня? — Он проводит зубами по изгибу моего плеча. — Что, если я скажу тебе, что я ее уже имел? Что я уже заставил ее опуститься на колени и пустить в ход ее дрожащий маленький ротик?
— А Маркету ты тоже имел? — легкомысленно спрашиваю я, хотя от мысли о том, что молодая, невинная Ирина сосет его член, мне хочется залепить ему пощечину по самодовольному лицу. Я знаю, что он меня дразнит, но мне это не нравится.
— Маркета... эта суровая старая баба? — спрашивает он, а затем запрокидывает голову и смеется. Звук низкий и бархатистый, и мне хочется уткнуться носом в его покрытый щетиной кадык и глубоко вдохнуть. — Могу честно сказать, что эта мысль никогда не приходила мне в голову. Хм-м. — Он делает вид, что задумывается. — Держу пари, ее пизда на вкус как борщ.
Я поджимаю губы, чтобы не улыбнуться его глупой шутке. Он отвратителен, и он засранец. Может, он и лучший секс в моей жизни, но он также и дьявол во плоти.
Просто нелепо, что мне приходится постоянно себе об этом напоминать.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Адриенна
На обоях в моей комнате напечатано по меньшей мере двести павлинов. По крайней мере, столько я насчитала сегодня. В конце концов мне приходится закрывать глаза, когда они начинают уставать и сохнуть. Из-за этого я сбиваюсь со счета, и мне приходится начинать все сначала. Я стараюсь не думать о нем, но это невозможно, потому что больше думать не о чем.
Он не возвращался уже несколько дней. Я сбилась со счета, сколько именно.
Не то чтобы я считала.
Каждый день в этом месте тянется долго и скучно. Я подтягиваюсь к краю кровати и свешиваю голову вниз, играя в игру, в которую играла еще девочкой. Я жду, когда кровь прильет к голове, а затем сажусь, прежде чем потерять сознание. Когда я была моложе и глупее, я стояла на голове, пока мои подруги Изабель и Лорел стояли рядом. Они ловили меня за ноги, когда я теряла сознание и начинала падать. Затем я возвращала им услугу, и мы смеялись и смеялись, пока наши закружившиеся маленькие головки плыли.
Мой первый кайф, но не последний.
К счастью, наркотики никогда не были моей темой. От этой пули я увернулась. Если бы у меня была тяга к героину, как у Лорел, я бы, наверное, уже была мертва. Нет, моим кайфом по выбору всегда был секс. Если быть честной с самой собой, вероятно, все началось в тот самый первый день, когда я встретила Дориана. Когда он обнял меня и прошелся своими мерзкими руками по всему моему телу, во мне расцвело чувство. Постыдное, мерцающее чувство.