Думай не думай, а лезть предстояло мне, из капитана скалолаз был неважный, к тому же на левой руке у него не хватало половины пальцев.

Как я уже говорил, от природы мне присуща боязнь высоты, но делать было нечего и обмотав веревку вокруг пояса, я высунулся из ниши и выполз на склон. Твою ж мать и дочь её одновременно! Стена была почти отвесной. Вытянув руки и шаря ими по породе, я пальцами находил крошечные выемки. Найдя, подтягивался, и тогда наступала очередь ног. Хорошо, что поверхность скалы имела хоть какой-то положительный наклон, а то ни в жизнь бы не взобраться.

Прижимаясь всем телом к шершавому камню, я медленно полз вверх, к синеве неба над головой. Один раз чуть не сорвался — нога потеряла опору, и с десяток секунд пришлось висеть на одних только кончиках пальцев, поминая дядю Марка с его письмом, старателей и хэкку, по чьей коллективной милости я вишу на этой проклятой стене словно распятый. А ведь до земли уже метров сорок — навернешься, костей не соберешь.

Не думать об этом! Снизу капитан Эд говорил что-то ободряющее. Я его не слушал, искал новые зацепы. Еще несколько метров вверх и началась новая трещина. Теперь можно было вздохнуть с облегчением — узкая и неглубокая, трещина тянулась до самого карниза. Влезть в нее не влезешь, но хотя бы опора для ног.

Остальное было делом техники. Последние несколько метров преодолел быстро. Вот и карниз. Я перевалился через край и в изнеможении лег на камни. Руки и ноги дрожали, пальцы со сломанными ногтями болели. Что-то я подсел в последнее время на экстремальный туризм, итить его в коромысло.

Снизу раздался тихий свист — это капитан напоминал о себе. Ну да, нечего валяться. Не на пляже. Собравшись с силами, я встал, размотал веревку, один конец обвязал вокруг пояса, другой сбросил вниз. Работка предстояла нехилая — Эд хоть и не отличался могучей статью, но килограмм семьдесят–восемьдесят в нем всяко имелось, да еще оружие, а силенки я подрастратил. Короче попотеть пришлось. Капитан из всех сил пытался помогать, но больше, конечно, мешал. Помогло спортивное прошлое — выработанное годами тренировок умение терпеть боль и усталость и добираться до финала хотя бы и на одной силе воли. Подтянув капитана к краю карниза, я подал ему руку и помог забраться на площадку.

Стоя на краю пропасти, мы огляделись по сторонам. Под ногами каменистая площадка. Где ровная, где напоминающая ряды террас и уступов. Где шире, где уже, она уходила по склону горы и не прерывалась насколько хватало взгляда. За спиной круто вздымалась скала, под нами дышала прохладой пропасть. Внизу на земле стояли дружинники и, задрав головы, смотрели на нас. Небо теряло голубизну, наливаясь фиолетовым. «А ведь скоро закат», — подумал я, глядя как косые лучи солнца скользят по противоположной стене ущелья.