И тут я вспомнил.

Чуть ли не в первый день моей службы у Извекова в приемную ворвался человек. Невысокий, лет сорока пяти, с глубокими залысинами, небогато одетый. Лицо красное, перекошенное от ярости.

Вне себя он кричал на Извекова. «Подлец!.. Негодяй!.. Вы должны сидеть в тюрьме!.. Я дойду до министра!.. До самого императора дойду!..»

Извеков даже не мычал. Потом прибежал Кудряш, и через пять секунд незнакомец уже летел по коридору, подхваченный за шиворот, как котенок. Кудряш вышвырнул его в переднюю так, как будто тот ничего не весил. Из кармана при этом у него выпали мелкие деньги и визитная карточка. Маленький белый прямоугольник на темном полу.

Я тогда поднял ее и сунул в карман. Вот она.

Маленькая, отпечатанная на дешевой бумаге, с простой типографской рамкой.

«Илья Семёнович Клюев, торговец мануфактурными товарами. Склад и контора: С.-Петербург, Графский переулок, дом 7. Приём с 10 до 6 часов».

Я повертел карточку в пальцах. Торговец мануфактурой. Небогатый, судя по одежде и по визитке. Но ворвался к Извекову и кричал про тюрьму. Что такого мог сделать Извеков мелкому торговцу?

А что если найти его? Человек, который орал «подлец» и «негодяй» в лицо Извекову может знать что-то полезное. Рассказать и подсказать, как можно ударить Извекова так, чтобы тот забыл, каково это — вредить людям.

Я убрал визитку в карман, оделся и вышел.

Графский переулок был рядом с Владимирским проспектом и Разъезжей. Короткий, тихий, малолюдный. Дом номер семь оказался двухэтажным строением из темного кирпича, с облупившейся штукатуркой на фасаде и вывеской над дверью: «Клюевъ и К°. Торговля мануфактурными товарами. Оптомъ и въ розницу». Буквы были аккуратные, но краска местами пошла пузырями — вывеску давно не обновляли.

Контора располагалась на первом этаже, справа от входа. Небольшая комната с низким потолком, заставленная так плотно, что пройти можно было только боком. У стен громоздились стеллажи с рулонами ткани — сатин, бязь, ситец. На полках лежали стопки готовых отрезов, перетянутых бечевкой.

За конторкой сидел парень лет двадцати — белобрысый, с чернильными пятнами на руке. Он поднял голову от бумаг и посмотрел на меня вопросительно.

— Добрый день. Мне нужен Илья Семенович.

— Он на складе. Если вы насчет заказа — я могу помочь. Что желаете? Ситец, бязь? У нас сатин новый пришел, ивановский.

— Нет, благодарю. Я по личному вопросу.

— По личному? — парень нахмурился, будто личные вопросы были чем-то подозрительным. — Ну, тогда вам надо обойти дом. Там со двора вход на склад. Только он сейчас товар наверное еще принимает, может, подождете?