«Отмылся?» — ехидно спросил внутренний голос.
Павел в который раз задал себе вопрос, зачем он во все это влез? Зачем поперся в баньку? Чудо, что Татьяна до сих пор ни о чем не узнала. Он всегда был противником вранья и тем не менее столько времени лгал и изворачивался. Как будто бес попутал. Ложь превратила стабильную и надежную жизнь в водевиль, где главный герой в конце концов непременно вляпается лицом в грязь.
При рассадке семейные пары разбили. Павел оказался по правую руку от виновника торжества. Это не добавляло мероприятию шарма. С другой стороны сидела жена коллеги и давнего друга Переверзина. Несмотря на почтенный возраст, старушка выглядела моложе своих лет. Седые волосы уложены в прическу, на шее нитка жемчуга, а на морщинистых руках пара колец: одно простенькое, видно обручальное, а другое — старинной работы с настоящими изумрудами.
Татьяне досталось место на другом конце стола рядом с аспирантом. Павла как током прошибло. Что это, случайность? Или так задумано? В голове всплыла фраза, которую Мара бросила вдогонку: уверен, что твоя жена сидит как монашенка?
До недавнего времени у Павла не было поводов сомневаться. Он доверял Татьяне, как себе. Впрочем, сам он потерял вотум доверия больше года назад. Так кому же тогда доверять?
Чтобы отвлечься от токсичных мыслей, Павел огляделся. После разнузданной тусовки у Левы он будто оказался в параллельном мире. Вместо одноразовых стаканчиков и пластиковых тарелок стол украшали хрусталь, серебро, коллекционный фарфор, накрахмаленные салфетки… Чинно и благопристойно.
В семье Павлу не приходилось корчить из себя язвенника. Тесть сам пил редко и уважал трезвость зятя. Павел потянулся за минералкой, но Переверзин его остановил:
— Воду из крана попьешь. Рекомендую хороший французский коньяк. Мне знакомый привез из Парижа.
— Я за рулем, — напомнил Павел.
— Брось. Иногда можно и отпустить вожжи. Останетесь с Танечкой на ночь. Места хватит. Одному в четырехкомнатной квартире хоть «ау» кричи.
Он плеснул коньяк в снифтер и протянул зятю.
Коньяк помогал расслабиться и взглянуть на вещи философски. Павел, потягивая дорогой напиток, исподтишка наблюдал за Татьяной и ее соседом.
Все застолья похожи друг на друга. Поздравительные тосты, затертые пожелания, звон бокалов. При всем различии чопорной академической вечеринки и разгульной творческой попойки между ними было гораздо больше общего, чем можно предположить. Как говорил старина Роберт Бертон: «Любое место на земле отстоит одинаково далеко от неба».
Менялись лишь пожелания, согласно возрасту. Если на сходке у Левы тосты в основном касались денег и отдыха на Мальдивах, то здесь с большим отрывом шло здоровье и опять те же Мальдивы. Кому чего не хватает, тот о том и мечтает. Собравшиеся у тестя могли легко оплатить пару недель пребывания в пятизвездочном отеле, если преградой к поездке не станет предписание лечащего врача. У большинства из Левиной тусовки препятствием к осуществлению желаний служили финансы.