— У каждого автора свой стиль, своя интонация. А то, что одна и та же идея приходит в голову разным людям, — это нормальный ход вещей, — пояснил Лева.
— А если этот кто-то написал точь-в-точь такой же сценарий, как твой? Слово в слово.
— Тебе бы, старик, мистические триллеры писать, — засмеялся Лев.
— Я серьезно. А вдруг? Ты бы в такое поверил?
— А ты? — с насмешкой спросил Лева.
— Я своими глазами видел святого, — неожиданно для себя признался Павел. — Живет в глубинке, посреди тайги. К нему за помощью приезжают. Местные говорят, что он не каждого к себе пускает. Можно часами проплутать по лесу, а к нему так и не выйти.
— Интересная байка.
— Была бы байкой, если бы не продолжение. Я ведь по дороге к автобусу ногу нешуточно повредил. Стопа распухла, как у слона. Ступить не мог. И вдруг вышел к часовне, как будто она у меня на пути встала. Там монах в тоненькой рясе. На дворе минус двадцать, а его холод не берет. Руки наложил на больное место и про себя молитву читает. Я, как и ты, со скепсисом отнесся, но отек пропал и боль прошла. Буквально через несколько минут как ничего не бывало. Это байки? Думаешь, мне в бреду приснилось?
— Я же не отрицаю существование паранормальных явлений. Насчет исцеления верю. Еще в Библии сказано: «Встань и иди». Но вот рукопись слово в слово, согласись, — это перебор. Да от тебя критики камня на камне не оставят, еще и дело заведут.
— Так ты дашь мне взглянуть на текст?
— Старик, не могу. В тебе я уверен на все сто. Дело в профессиональном суеверии. Стоит кому-то что-то показать, пока не дописал, как все тут же стопорится, хоть вешайся.
— Значит, ты вдруг стал суеверным, — с обидой произнес Павел.
— Паш, не лезь в бутылку. Вдохновение — штука хрупкая. Обещаю: как только поставлю точку, ты будешь первым, кому я покажу сценарий.
— Ладно. Поеду-ка я домой.
— Обиделся?
— Нет. Надеялся, у тебя мне будет легче, но от себя, видно, не убежишь.
Глава 29
Павел словно бродил среди миражей. Все, чем он жил, что казалось прочным и незыблемым, осыпалось, как песочный замок под лучами палящего солнца. Счастливый брак развалился в одночасье. Впрочем, он приложил усилия, чтобы его разрушить. Любимая работа больше не манила за письменный стол.
И Татьяна, и тесть советовали ему бороться. Но что даст такая борьба? Он, как гладиатор, выйдет на арену голый, вооруженный лишь файлами из компьютера. Чего стоит фиговый листок против бронированного панциря противника? Его не просто сметут первым же ударом. Его размажут, и публика на трибунах будет скандировать: «Убей! Убей!»