— Ну, здравствуй, Бьёрг, Пепельная дева, — сказал Мясник изменившимся голосом. — Я сдержал свои обещания. Теперь твой черёд.
Лави охнула. Отшатнулась. Ноги её подкосились, и она мешком повалилась на прогорклую солому.
Прошлое. Инария. Глубины дворцового парка
«Быть незаметной — великая сила, — наставляла бабуля Ширайни. — И неважно, кто ты — ишидари, человек или урглам. Каждый сливается с тенью по-своему».
Лави не умела становиться невидимой, как урождённые ишидари, поэтому училась маскироваться. В сочетании с заклинанием отвода глаз выходило неплохо.
Она укрылась в кустах в глубине парка и наблюдала.
Причитая, пробежала куда-то пухлая нянюшка. Явно чем-то озабоченная, она не обратила на Лави никакого внимания. Через пару часов по аллее прошагал псарь с гончими. Одна из собак заинтересовалась ушастым кустом, принюхалась, гавкнула, но псарь призывно свистнул, и Лави снова осталась незамеченной.
Здорово! Если получится продержаться до восхода луны, можно смело хвастать, что она сливается с тенями не хуже ишидари!
Ширайни Луум будет довольна успехами. Возможно, даже похвалит.
Когда на густые кроны опустились мягкие летние сумерки, Лави собралась вылезать. Но услышала смех и снова затаилась.
— Что? Нецелованная?
— Не-а!
— Ну так я научу!
Принц-гадёныш — долговязый, прыщавый, но уже не такой тощий, как год назад, — прижал к стволу хохочущую девушку.
Пышную, белокожую, румяную, как булочка, с копной буйных рыжих кудрей.
«Красивая… — подумала Лави. — Не то что я — мослы да кости…»
— Ах, мой принц! — мурлыкала хохотушка, а гадёныш тискал её телеса так и эдак. — Ну, право! Матушка заругает!
— Мы ей не скажем. — Гадёныш впился в её губы. — Скажи, любишь меня? — шептал между поцелуями. — Любишь?
— Да!
— Сильно? — Рейнар задрал ей юбки. Скользнул рукой по молочно-белому бедру.
— Больше жизни, мой принц! О-о! А-ах!
Он вдруг отстранился.
— Слышала? — спросил напряжённым шёпотом.
— Что?
— Там… кто-то есть.
— Где?
— В кустах.
Лави беззвучно выругалась. Да как он вообще ухитрился заметить её? Она ведь даже не дышала!
— Ой, мамочки! Стыд-то какой! — пышнотелая красавица наскоро натянула спущенный лиф, подхватила юбки и умчалась в темноту.
Рейнар же шагнул к укрытию Лави. В руке его блеснул кинжал.
— А ну, выходи, или мало не покажется! — грозно выпалил гадёныш.
Лави подчинилась — продолжать прятаться не имело смысла: её заметили. Вся скрытность коту под хвост! Бабуля Ширайни такого не оценит.
Она вылезла из кустов и встала перед наречённым, дерзко вскинув голову.
— Ты! — глухо рыкнул принц. — Шпионила?
— Очень надо! — Лавьен вытащила из волос листья и ветки. — Я тренировала скрытность.