— Здесь наши дороги расходятся, — сказал, кивнув на указатель. — Мне на северо-запад, тебе на восток. Прощай, Лави.
— Прощай, Рей.
Он как-то странно посмотрел на неё.
— Знаешь… я рад, что мы расстались… — Рейнар по обыкновению чуть отвернулся, избегая её взгляда. — Я никогда не смог бы… с тёмной. Ну… ты понимаешь.
Ответа он дожидаться не стал. С громким «Р-ра!» пустил коня в галоп. Лавьен долго смотрела ему вслед, провожая взглядом, а потом цокнула языком, направляя кобылку на нужную тропу.
Вот и всё. Она свободна. Детство кончилось. История с глупой помолвкой осталась позади. А оглядываться Лавьен не собиралась. Не теперь.
Глава 7
Настоящее. Крепость Мёрзлого Клыка. Восточная башня
Лавьен села рядом, удерживая обёрнутую полотенцем глиняную миску.
Пахло вкусно. Очень даже. Так, что аж слюнки потекли, но… имелся нюанс.
Еду готовили ургламы, а значит…
— Что это? — тихо вопросил Рей. Он спросил бы громче, да сил не хватало: постоянно клонило в сон, голова кружилась, а тошнота то и дело подкатывала к горлу.
— Человечьи потроха с луком и грибами, — ответила Лави, выдержала паузу и… звонко рассмеялась, узрев выражение его лица. Смех был приятный. Добрый, без издёвки. — Это куриный бульон, глупый. Ничего другого тебе пока нельзя.
— Спасибо, я не голоден. — Рей отвернулся к узкому, затянутому морозными узорами окну.
— Разумеется! — Лави помешала варево деревянной ложкой. — Наверное, сыт по горло собственной спесью. Как у неё вкус? Преотличный? Корочка хрустит?
Рей резко развернулся и встретился с бывшей наречённой взглядом.
— Ты служишь врагу, Лавьен! — выпалил со всей доступной в его состоянии яростью. — Служишь тем, кто годами разорял наши земли!
— А ты вот-вот умрёшь от истощения, — парировала серокожая. — И зови меня Бьёрг.
— Мерзкая ургламова кличка противна мне. Как и общество предательницы.
— Придётся потерпеть, если не хочешь угодить обратно в клетку. — Она зачерпнула бульона. — Давай, помогу поесть.
— Сказал же, я не голоден.
Лавьен вздохнула.
— Ты похож на обтянутый кожей скелет, — равнодушно изрекла она. — Ещё немного, и не то, что меч, а собственный корешок удержать не сумеешь, когда помочиться надумаешь.
Рей скрежетнул зубами. У неё даже шутки теперь ургламские, низменные и грязные!
И тем не менее, серая была права. Хоть пару ложек надо в себя влить, иначе есть риск уснуть и не проснуться. Один его сокамерник в лагере Драксуса умер именно так. От голода.
— Я сам, — прохрипел Рей, с трудом принимая сидячее положение.
— Как хочешь, — Лави пожала плечами и всучила ему и миску, и ложку.