— Рей, это всего лишь грязная полукровка, — сказал вихрастый. — Не нагнетай.
Рейнар смерил приятелей суровым взглядом.
— Эта полукровка — моя наречённая, — сказал строго. — И никто не имеет права швыряться в неё огрызками. Никто. Кроме меня. Уяснили?
Мальчишки кивнули.
— Пошли прочь.
Мелкие нахалы разом тронули лошадей, а Рей остался. Он не спешился, чтобы помочь, и не сказал ни слова. Молча наблюдал, как Лави поднимается из лужи, отряхивает платье и выуживает из грязевого месива безнадёжно испорченный фолиант. А потом уехал. Просто уехал.
Глава 4
Настоящее. Крепость Мёрзлого Клыка. Восточная башня
Лихорадка терзала Рейнара третьи сутки. Он бредил, метался на мокрых от пота простынях и кричал так, что, должно быть, в тундре слышали. По щекам катились слёзы.
— Организм борется, — со знанием дела сообщил Гар Зулум. — Сопротивляется мутации.
— Ты говорил, всё вышло! — Бьёрг грозно глянула на смешенца. Знахарь и бровью не повёл.
— Зелье Драксуса — это не кайран чихнул, — сказал спокойно. — Чудо, что твой трофей не помер в первые сутки. А раз тогда не помер, то и теперь не помрёт. Давай ему пить, Пепельная. Много. И он поправится, увидишь.
Бьёрг последовала совету. Благодаря непрекращающемуся снегу, воды в крепости имелось вдосталь. Бьёрг чуть подогревала её, пропуская силу через ладони, добавляла травы и мёд.
Поить Рейнара оказалось непросто. Принц делал пару глотков, а потом начинал дёргаться, метаться, отталкивал чашу, вопил громкое «Нет!», сыпал проклятьями и всё это — не приходя в сознание.
Бьёрг знала, что рискует. И хорошо понимала, чем именно. Жизнью. А точнее, сразу двумя: своей собственной и жизнью бывшего наречённого. Что сделает Будгра, если узнает, что нежданный трофей — не рядовой паладин Алого Ордена, а потенциальный наследник престола Инарии, сын заклятого врага горных ургламов? А как поступит с ней, когда выяснится, что Бьёрг Пепельная Дева на самом деле — Ледийская принцесса?
Мучительная смерть — вот, что ждёт их тогда. Навряд ли Будгра Огненная Секира примет в расчёт её боевые заслуги. Предательства он не простит. Никогда. Запрёт в пыточной и даже не вспомнит, скольких ургламов она сберегла от смерти и как много некролитов отправила на тот свет.
Однако Бьёрг не сдавалась. С упорством боевого мамонта она снова и снова подносила чашу к губам раненого, вливая в рот несколько капель целебной жидкости. Она не могла дать Рейнару умереть. Не могла, и всё тут. Когда-то он спас ей жизнь. Теперь — её черёд.
Главное, оказаться первой, с кем принц заговорит, когда очнётся. Она всё объяснит, и он поймёт. Непременно поймёт. Ну, а пока…