«Принцессы не вправе потакать желаниям сердца, — твердил отец. — Думать о благополучии подданных — твоя святая, установленная богами обязанность, а всё остальное — блажь».
И Лавьен послушно думала о подданных. Все эти годы — думала и терпела. Верила, что от её смирения зависит будущее Леды. А оказалось…
Рейнару плевать. Плевать на долг, августейших отцов, треклятые договорённости, совместную борьбу с проклятущими ургламами, а более всего на саму Лави — ведь быть отвергнутой невестой страшный позор!
Рейнар выбрал себя. Себя и своё шемесово призвание, будь оно неладно!
Почему ему можно, а ей — нельзя? Кто так решил? Отец? Боги? Нет уж!
Сегодня ей, Лавьен Ледийской, сравнялось шестнадцать вёсен и отныне она, и никто кроме, будет определять свою судьбу!
Лави обняла подушку. Уткнулась носом и закрыла глаза. Всё. Решено. И всё-таки…
Нужно посоветоваться. Непременно нужно посоветоваться! Необходимо срочно поговорить с Ширайни Луум. Бабуля мудра и наверняка подскажет, как поступить.
«Завтра же отправлю голубку с посланием», — решила Лави, но тут же напряглась.
Завтра…
Завтра будет поздно!
С самого утра Рейнар в присутствии короля и вельмож объявит о расторжении помолвки. Сообщит, что отбывает на границу, служить Ордену Алой Зари. А она, Лави, будет стоять, понурив голову, и сгорать от стыда, ведь все без исключения сочтут, будто принц предпочёл целибат браку с полукровкой. Начнут бросать косые взгляды, перешёптываться, насмехаться…
Какое унижение! Да легче умереть, чем вынести это!
Лавьен крепче стиснула подушку, а мгновенье спустя отшвырнула в сторону.
Нет уж! Нет!
Если Рейнар надумал устроить ей прощальную пакость, пусть готовится к ответной! Дразнишь лисицу — жди укусов, как говорит бабуля Ширайни.
— Я разорву помолвку первой, — тихо, но твёрдо проговорила Лавьен, принимая окончательное решение. — Сбегу. А принц-гадёныш пусть сам разбирается с отцом и своими проблемами!
Глава 6
Настоящее. Крепость Мёрзлого Клыка. Восточная башня
Рей давно проснулся, но боялся открывать глаза. Боялся обнаружить себя в клетке, изломанного, в кандалах и ошейнике. Боялся узреть окоченевшие трупы сокамерников, над которыми роятся полчища мух. Боялся лагерных стражей-некролитов и прислужников Драксуса, намеревающихся влить ему в глотку отраву. Варево убивало человека, но рождало чудовище. Послушного безобразного монстра-кадавра, готового растерзать любого по указке зловещего некроманта.
Да, Рей боялся. А потому прислушивался. И звуки рисовали совсем другую картину.
Вот затрещали дрова в очаге. Вьюга яростно взвыла за окнами. Тихонько скрипнули половицы. Со стуком опустилась на стол тяжёлая кружка. Запахло пряным травяным отваром, мёдом.