— А ты меня? — ответила Ширайни вопросом на вопрос.
— Ни за что! — твёрдо рубанула Лави и тут же брякнула: — А это был урглам, так ведь? А он настоящий? А человека пополам разорвать может? А кто такие шептуны? И когда ты займёшься отцом? Может, заодно убедишь его разорвать помолвку? Ну пожа-а-алуйста!
Ширайни Луум улыбнулась немного печальной улыбкой.
— Послушай, милая. — Она положила ладонь Лави на голову. — Сейчас ты забудешь всё, что здесь видела. Надолго. Возможно, навсегда. А я взамен обучу тебя боевой магии. Настоящей боевой магии, а не безобидным фокусам, как раньше. Согласна?
— Согласна, — пролепетала Лави, во все глаза пялясь на бабулю, от которой исходило голубоватое свечение.
— Вот и славно. Быть может, когда-нибудь ты станешь одной из нас.
Свечение сделалось нестерпимо ярким, и Лави закрыла глаза, чтобы не ослепнуть. А когда открыла, увидела, что лежит в своей кровати, а за окном плывёт, сияя жёлтыми боками, огромная полная луна.
Глава 26
Настоящее. Северная застава
Едва ворота за ургламами закрылись, Рей рванул к Адриану. Без стука вломился в покои и уселся на стул.
— Есть разговор, — сказал он.
— А он не подождёт? — Командор застегнул фибулу и оправил плащ. — У меня срочное дело.
— Мой разговор не просто срочный, — упорствовал Рей. — Он безотлагательный.
— В пять минут уложишься?
— Уложусь в три, — посулился Рей.
Адриан вздохнул и уселся напротив.
— Говори.
— Будгра Огненная Секира отправился на север выручать собрата, — быстро и без затей сообщил Рейнар. — Если двинем следом, успеем мощно ударить по гнезду падших, пока Будгра оттягивает основную массу кадавров на себя. Некролиты не устоят против двух армий.
Адриан вскинул брови.
— Ты хочешь, чтобы мы помогли клыкастым?
— Именно, — кивнул Рей. — Только так мы сможем одолеть Драксуса. Ургламы обеспечат нам численное превосходство и пространство для манёвра, за нами же будет внезапность атаки. Ты только подумай, Адриан, у нас в руках шанс навсегда избавить мир от чудовища, порождающего монстров! И даже если самого Драксуса там не окажется, он лишится армии и станет уязвим. Ну, что скажешь?
— Скажу, что ты обезумел, — проговорил Адриан. — Чего такого творили с тобой в плену, что ты загорелся помогать врагам?
— В том-то и дело… — Рейнар заглянул в глаза товарища. — Изувечили меня падшие. А ургламы спасли от неминуемой смерти, не причинив никакого вреда.
— Поэтому ты щеголяешь в рабском ошейнике?
— Нет, — выцедил Рейнар. — Не поэтому. Ошейник не делает меня рабом, как алый плащ не делает тебя паладином. Человека определяют поступки. Если боишься принимать решение сам, отправь гонца в бастион, пусть магистр узна…